Сначала Люциан слегка поддерживал его под руку, а сам Гарри изо всех сил старался идти прямо и не шаркать ногами. Дойдя до коридора, ведущего в подземелья, Боул оглянулся по сторонам, рявкнул: «Да заткнитесь уже, парню и без вас хреново» и понёс Гарри на руках, как девчонку.
– Блядь, Поттер, – бурчал он, легко пресекая слабые попытки Гарри вывернуться из объятий, – какого хрена ты туда полез? Люди имеют право поскандалить в своё удовольствие, грех мешать им в такой момент. Малфой, у тебя зелья есть какие-нибудь, или идти декану сдаваться?
– Зелья есть, но декану так и так сдаваться, – с досадой сказал Малфой.
– Вдруг это серьёзно? Поттер, лучше я тебя сам убью!
– Может, к мадам Помфри? – спросил Пьюси.
– Он только что оттуда, – отмахнулся Малфой. – И потом, как ты объяснишь его состояние? Виноватыми получаемся мы. Слышишь, Поттер? По твоей милости, из-за какой-то пустячной размолвки между гриффиндорскими недоумками, теперь хлопот полон рот у множества достойных людей.
– Я не просил вас о помощи, – просипел Гарри упрямо.
– Грейнджер тебя тоже ни о чём не просила, – голос Малфоя звенел от злости, и Гарри вдруг овеяло горячим ветерком, – но ты зачем-то кинулся спасать её никчёмное самолюбие. Теперь и я хочу побыть героем.
– Малфой, заткнись! – Люциан резко остановился и недоумённо оглянулся. – Что это сейчас было?
– Спокойно, Люк, – усмехнулся Пьюси, – это наша белобрысая светлость бесится. Видно, повезло от Блэков способность к невербалке заполучить, вот и рисуется, где надо и не надо.
– Точно, мы же видели тогда, на дуэли, как ты Монти невербальным Секо гонял, – кивнул Боул сам себе. – Аккуратней, а то ляжешь рядом с Поттером, – он перехватил свою ношу поудобнее и тяжко вздохнул: – Малфой-боец, офигеть. Куда только мир катится?
Пьюси непонятно хмыкнул и показал Хорьку средний палец. Тот зло оскалился, но промолчал.
Боул дотащил Гарри до самой кровати и велел вызвать домовика:
– Молоко, печенье, пижама и лежать смирно!
Под тихие причитания Динки, Поттер кое-как дополз до душевой и врубил горячую воду, чтобы прогнать противный озноб.
После душа стало полегче, даже тошнить перестало. Правда, ненадолго – в спальню ворвался злющий Снейп.
– О чём вы думаете, Поттер?
– Ни о чём, – честно признался Гарри и тут же понял, какого свалял дурака.
– Я догадывался об этом, – ласково сказал декан, и у героя-самоубийцы затряслись поджилки. – Для раздумий, мистер Поттер, нужен мозг. По возможности, неповреждённый.
