– Твои мужчины благоволят к носатому засранцу, придётся и нам потерпеть.
– Коварство – это не твоё, – усмехнулась Нарцисса и вернула поцелуй. – Скажи, что пожалел несчастного полукровку, по глупости лишившегося покровительства.
Нотт вспомнил тяжёлый, «дементоров» взгляд чернющих глаз и пробормотал:
– Точно. Пожалел. Как же он без покровительства, несчастный?
«Несчастный» за свой весьма недолгий визит успел поскандалить с Бэддоком по поводу методов комбинирования зелий с ритуалами, наябедничать старшему Флинту на младшего, едко пройдясь по умственным способностям обоих, послать нунду под хвост не вовремя сунувшегося в Люцеву комнатёнку Паркинсона и весьма невежливо спровадить самого Нотта: «Ступайте, ваша светлость, здесь нет ничего интересного».
– Для тебя, может быть, ничего интересного и нет, – бурчал Нотт, устраиваясь в своём замечательном кресле и борясь с нестерпимым желанием подслушать-таки разговор Люция со Снейпом, – а я Малфоя с такой придурковатой улыбочкой вижу в первый раз.
Салазар свидетель, ведь сразу на человека стал похож.
Низенькая дубовая дверь не пропускала ни единого звука, и Нотт, досадливо вздохнув, привычно ткнул палочкой в левый локоть, в стотысячный раз ушибленный о пилигримов, шествующих по спинке кресла.
Флинт коротко заржал, а Нарцисса покачала головой и примостилась рядышком с Магнусом на краешке широкого сиденья.
– Он его там не проклянёт? – Паркинсон свалил груду пергаментов на стол и принялся перебирать их, раскладывая по кучкам.
Нотт трусливо понадеялся, что всё это богатство явлено не по его душу.
– Кто кого? – Бэддок занял своё излюбленное место в углу и раскрыл томик Сервантеса.
– Хороший вопрос, – хмыкнул Паркинсон.
– Обойдётся, – прогудел Флинт. – У меня на это дело нюх.
– То-то ты от оборотней не отлипаешь, – ехидно ухмыльнулся Бэддок. – У них тоже нюх будь здоров.
– А кому по наглой морде?
– Да заткнитесь уже, – не выдержал Нотт. – Ясно, что у Люция не хватит силы проклясть, а у Снейпа достанет мозгов не проклинать.
Только бы не расплевались окончательно. Ой!
Тычок под рёбра от любимой женщины был неожиданным и болезненным.
– Как Мерлин даст, – стальным голосом отчеканила она. – У нас с супругом достаточно галеонов, чтобы перекупить полгильдии, если один несносный зельевар вдруг вообразит себя незаменимым.
– С десяток галеонов и я наскребу, – пожал плечами Бэддок. – Красная цена всей гильдии в полном составе.
