Уизли открыл было рот, но подоспевшая Гермиона Грейнджер властным жестом отодвинула его в сторону, совсем как Нотт только что оттолкнул Гарри, и, уперев руки в бока, сказала с негодованием:
– Профессор Макгонагалл никакая не баба! Зачем ты обидел Симуса? Как тебе не стыдно!
– Никак, – противно ухмыльнулся Нотт. – Оставляю вас, мисс Грейнджер, вам ещё нужно утереть сопельки и подтянуть чулочки вашей рыжей подружке. Честь имею, мисс Хаффлпафф!
– А что стряслось? – оживлённый и очень чем-то довольный Малфой врезался в группку однокурсников с грацией и энтузиазмом пушечного ядра.
– Вы хотели утопить в этой луже ирландского выскочку? Почему без меня? И почему только его? Давайте и рыжего притопим за компанию!
Уизли не выдержал и рванул из заднего кармана брюк свою видавшую виды палочку. Лаванда Браун завизжала (радостно, как показалось Гарри), её визг подхватили Парвати Патил и почему-то Дафна Гринграсс. Лонгботтом молча ухватил Гермиону за капюшон мантии, резко дёрнул, вынуждая отступить от небрежно поигрывающего палочкой Нотта, и встал плечом к плечу с Рональдом.
Дин Томас и не угомонившаяся Грейнджер тоже потащили палочки наружу, а Малфой злорадно ощерился, взмахом руки подзывая Крэбба с Гойлом.
И случиться бы безобразной драке, если бы Забини вдруг не крикнул:
– Смотрите, смотрите! Что это?
Нотт задрал брови и присвистнул, а Малфой счастливо заржал.
Гриффиндорцы слегка поколебались, подозревая подвох, но всё-таки обернулись и замерли с открытыми ртами.
Гарри протёр глаза и по-магловски чертыхнулся – на фоне нежной весенней зелени Запретного леса весело полыхала хижина Хагрида.
Гриффиндорская троица бегом рванула на подмогу погорельцу, не разбирая дороги – по лужам и кочкам. Дин Томас дёрнулся было за ними, но махнул рукой и подставил плечо Финнигану: тот сумел встать, но идти без посторонней помощи у него явно не получилось бы.
– Симус, ты как? – сюсюкающим голоском спросила Лаванда Браун. – Может быть, лёд приложить?
Финниган мотнул головой, одарил Поттера ненавидящим взглядом и побрёл к замку, тяжело опираясь на Томаса.
Остальные гриффиндорцы ушли следом, а Фей Данбар на прощание обозвала Поттера скотиной.
Гарри поёжился, вздохнул и перевёл взгляд на пожар – деревянный домишко явно доживал последние минуты. Рядом заполошно метался Хагрид, а его бестолковый пёс заходился отчаянным визгливым воем.
– Все живы, – облегчённо выдохнул Гарри.
