Гарри повернул брошь к свету, и прозрачные камешки внезапно заискрились всеми цветами радуги, а зелёный мягко замерцал и будто засветился изнутри.
– Зачем это? – спросил Поттер, любуясь игрой света на камнях.
– Приколи на мантию, – велел Драко, рассовывая оставшиеся украшения по невзрачным коробочкам.
Гарри на мгновение представил себя в девчачьей брошке, покраснел и помотал головой:
– Нет уж, спасибо.
Он протянул украшение Малфою, тот внимательно посмотрел на Поттера и как-то странно хмыкнул:
– Тебе идут изумруды, но надо будет найти что-нибудь посимпатичней.
– Это изумруд? – Гарри изумлённо моргнул и во все глаза уставился на брошь. – Никогда не видел. Что, правда?
– Угу. Червонное золото и бриллианты, восемнадцатый век. Надевай, говорю!
– Свихнулся, Хорёк? – возмутился Гарри. – Во-первых, это очень дорого, а во вторых...
– Балда, – перебил его Малфой. – Конечно, дорого. Кто же дешёвые щиты носит?
Он подошёл к Гарри, забрал брошь и сам сколол ею полы поттеровской мантии где-то на уровне сердца.
– Аваду, конечно, не отобьёт, а вот пару Ступефаев или Петрификусов выдержит запросто.
Гарри открыл рот и тут же закрыл, не зная, что сказать. Потом он потянулся снять брошь, но Малфой перехватил его руки и что-то тихо шепнул на латыни. Украшение замерцало и превратилась в неприметную застёжку тёмно-серебристого цвета.
– Вот, – удовлетворённо сказал Малфой, всё ещё держащий Гарри за руки. – Теперь я спокоен. Не снимай, пожалуйста.
– Хорёк! – грозно сказал Гарри. – Я не могу это принять.
– Это на время и для дела, – фыркнул Драко. – Научишься сам щиты ставить, отдашь. Вон, парням тоже раздал по паре цацок, и никто не умер.
Крэбб с Гойлом, наблюдавшие за этой сценой, негромко засмеялись. Гарри покраснел и отдёрнул руки.
– Эти мне, – пробурчал он, – эксцентричные миллионеры.
Он твёрдо решил этим же вечером отдать брошь назад. Наедине, чтобы не выслушивать ничьи смешки.
Кабинет гриффиндорского декана был предсказуемо заперт.
– Старшекурсники экзамены сдают, – вздохнув, напомнил Невилл.
– Профессор Макгонагалл в Большом зале или в кабинете мадам Марчбэнкс. Сейчас там очень много людей, Гермиона, и у каждого по паре ушей.
Грейнджер на секунду задумалась, а потом быстро зашагала по коридору.
– Директор Дамблдор наверняка в своём кабинете, – сказала она нервно. – Только бы он нам поверил. Он ведь до сих пор думает, что секрет Пушка никем не разгадан.
– Мы пароля не знаем, – Рональд озабоченно сопел и поминутно оглядывался по сторонам.
