В этот раз хочу злодея (СИ)

Я уже даже подумала, что до нужного места доплыть было бы удобнее. Подплыла бы к голове дракона и дело с концом, так нет, решила пройтись, выйдя на остров в районе живота дракона.

Скелет также лежал неудобно, свернувшись в клубок, потому кости хвоста, что прикрывали живот и грудную клетку, заметно усложняли и без того непростой проход.

Сбоку вновь отвалилась скала, заставив поторопиться, когда я в очередной раз едва не соскользнула в воду, испугавшись громкого звука.

— Да чтоб тебя! — выругалась я и уже решила, что вплавь действительно будет быстрее, как нечто, спрятанное меж костей дракона привлекло мое внимание.

Оно отличалось от драгоценных сокровищ и белоснежных костей скелета по цвету и форме. Но не только это заставило замереть на месте. Всего на секунду… мне показалось, что я услышала детский плач, наполненный страхом и горечью потери. Он был коротким, но таким тоскливым и одиноким. — Что это? — начала я оглядываться в замешательстве. Быть такого не может, чтобы здесь был кто-то живой. Никто, тем более, ребенок, не мог выжить в этом месте.

Могло ли мне почудиться? Тем не менее, несмотря на все свои мысли о том, что подобное невозможно, я уже не могла просто проигнорировать внутреннее чутье. Благодаря божественным силам, я могла ощущать как скверну, исходящую от монстров, так и биение светлой жизни. Драконы — чудные существа, обладающие всеми перечисленными качествами, не являлись ни людьми, ни монстрами. Их жизненная энергия отличалась от иных возможных, и отголосок этой энергии все еще исходил от скелета.

Прежде я никогда не встречала живых особей дракона. Вероятно, этот скелет — был последним из существующих в этом мире. Потому считала, что энергия, которую я сейчас ощущаю — лишь остаточный след от некогда могущественного существа. Но что, если энергия исходит вовсе не от скелета?

Сглотнув от своей пугающей догадки, я упорно приближалась к месту, которое было сокрыто хвостом. Теперь и предсмертная поза дракона казалась мне странной и такой… оберегающей, точно даже перед лицом смерти дракон что-то отчаянно защищал.

И это не может быть обычным золотом.

— С ума сойти, — просипела я, стоило только подтвердить свою догадку, в ужасе прикрыла рот рукой и с благоговейным трепетом в свете светляка рассматривала… яйцо.

На самом деле, одно из трех яиц. Единственное уцелевшее.

Теперь… картинка начала складываться. Теперь понятно, почему дракон впал в такую неистовую ярость, что даже погреб себя вместе с охотниками: он защищал свое гнездо.