— Между вами все кончено?
— Может быть, ей захочется начать все сначала, — ответил Элакриэн. — Когда я вернусь… мы подумаем.
— Если вернешься, Тэлл.
— Конечно.
— Манфи знает о твоих намерениях?
— Мы пришли к согласию, — вздохнул пилот. — Так что… на Хелионе меня больше ничего не держит.
Аффит долго молчал, думая о своем.
— Ночью аромат авруса становится еще сильнее, — сказал он. — Золотой Хели много раз опустится в объятия мрака, чтобы столько же раз взойти и засиять на небесах. Мы будем ждать вас. Я и все остальные.
Хелион не забывает своих детей. Помолись перед вылетом «звездным ветрам», Тэлл, и пусть тебе улыбнется счастье!
Правитель взял две витые крылатые змейки, подаренные ацтланами, и протянул пилоту.
— Возьми с собой эти Знаки Жрецов Эуля. Тебя ожидает самый трудный путь. Вдруг великий Теуатль поможет «Этлону» благополучно достичь своей цели и вернуться обратно?
— Слышал бы нас Стэлл Ор! — засмеялся Элакриэн.
Планета Земля, Памир. Община гуру Нангавана. Наше времяМарат Калитин включил фонарь.
Яркий луч прорезал темноту ночи. Вымощенный камнями двор, полуразвалившийся забор, кусты, нагромождения замшелых валунов, скалы… Все! Никаких гигантских фигур, никаких теней.
Он повернулся и с недоумением посмотрел на Хакима. Тот молча стоял, ждал.
Марат подумал, что его видение могла вызвать горная болезнь, о которой он много наслышан. Но… возможно, нечто странное показалось не только ему.
— Что это было? — на всякий случай решил уточнить он.
— Вы о чем?
— Мне показалось… Вы ничего не видели?
— Луну видел, — усмехнулся Хаким.
— Облака видел. Потом стало темно, и вы включили фонарь. Теперь вот забор вижу, скалы. А в чем дело?
Его лицо оставалось непроницаемым, но Марат готов был поклясться, что хитрец нарочно посмеивается над ним. Хотя зачем?
— Какие-то тени мелькнули перед нами… — в его голосе не было уверенности.
— А… — отозвался Хаким. — Голуб-яван, наверное. Вышел на охоту.
— Но их было две! Две тени.
— Значит, два голуб-явана. И оба голодные. Они по ночам рыскают в поисках пищи.
— Хаким засмеялся. — Что, страшновато?
— Нет. Просто непонятно. Вы это серьезно насчет «снежного человека»?
— Шучу."
"Марат поймал себя на том, что Хаким поставил его в тупик. Вроде бы он говорил одно, а думал другое. Но уловить истинные мотивы его поведения не удавалось.
— Ладно, идемте, — сказал «член комиссии» и двинулся вперед.
Хаким беспрекословно подчинился. Он легко шагал сзади, хрустя щебнем. Слышно было, как вниз по склону что-то сыплется.
