Тем более если эти федеральные силы представлены «краповыми», которые обычно проводили «зачистки» и проверки паспортного режима и действовали всегда жестко – или на грани закона, или чуть-чуть, а иногда и не чуть-чуть за гранью. «Краповых» в чеченских селах опасались и встречали всегда недружелюбно. По крайней мере сотрудничать с ними могли только менты настоящие или будущие да представители местной власти, но последние всегда делали это вынужденно и с показной неохотой. Артем Василич, бесшумно ступая, прошел к самому штакетному забору, наглядно показывающему, что здесь бедное хозяйство, потому что состоятельные люди строили себе высокие каменные заборы или металлические из профилированного стального листа.
Но забор из штакетника давал больше возможности для обзора. Этим обзором российский подполковник и воспользовался, оставаясь незамеченным. И сразу нашел даже больше, чем рассчитывал. На улице неподалеку стоял бронетранспортер с российским флажком, номером и буквами «ВВ» на башне.
Крышки командирского люка и люка водителя были подняты, как и крышка одного из верхних десантных люков, – для вентиляции, потому что бронетранспортер стоял на солнце и, видимо, успел нагреться. Это было даже больше, чем ожидал Тамаров. Он рассчитывал на «уазик», если повезет, то на грузовик. А на бронетранспортере вполне можно было идти на прорыв через мост, охраняемый ментами. И никто его не задержит…
Оглянувшись, Артем Василич увидел, что Бессарион все еще стоит на тропинке перед домом, дожидаясь женщину.
Он даже не отошел, чтобы сесть на скамейку в стороне. Да и пусть стоит, решил Тамаров, на Бесо и полагаться особо в этой ситуации не следовало. Со сломанной ногой помощник из грузина неважный. И потому российский подполковник, прячась за кустами, отошел в сторону, так, чтобы оказаться позади БТРа, перемахнул забор, на ходу поднял с земли камень размером чуть меньше кулака и, привычно пользуясь скобами на броне, забрался на верхнюю броню и постучал по башне камнем.
– Эй, на палубе… Есть кто живой?
– Кого еще принесло? – раздался голос с водительского места, и из левого переднего люка высунулась голова в краповом берете.
Артем Василич двумя пальцами снял с головы берет и той же рукой, но уже кулаком, в котором берет оказался зажатым, крепко «погладил» коротко стриженную голову. Удар, впрочем, был скорее унизительным, чем способным принести вред. В ответ послышался отборный мат.
