В канун Рождества

Когда они кончатся и я уеду, то впаду в ностальгию.

Рука Кэрри лежала на столе. В свете, падающем из камина, ее кольцо с сапфиром и бриллиантами сверкало, и в его гранях вспыхивали разноцветные лучи.

— Откуда у вас это кольцо? — спросил Сэм без всякого любопытства.

— Его подарил Андреас.

— А я думал, завещала старая любящая тетушка.

— Нет. Это Андреас. Мы с ним были в Мюнхене. Он увидел кольцо в витрине антикварного магазина, оно лежало на бархатной подушечке. Андреас пошел и купил его.

— Вы должны носить его всегда, — сказал Сэм.

 — Оно так мило смотрится на вашей руке. Кэрри, как найти вас в Лондоне?

— Туристическое агентство «Оверсиз» на Брутон-стрит. Номер найдете в телефонной книге. А в феврале я вернусь в свой дом на Рэнферли-роуд.

— С тех пор, как я продал дом в Ил-Парк-Коммон и переехал в Нью-Йорк, я в Фулэме не был. Совершу путешествие в прошлое. И вы мне покажете, где вы живете.

— Договорились. Я приготовлю обед.

— Никаких обещаний. Никаких обязательств.

— Оставляем все, как есть?

— Оставляем все, как есть.

И, как бы скрепляя договор печатью, он накрыл ее руку своей, а она повернула ее ладонью кверху и обхватила его запястье. Напитки выпиты, нетронутые орехи так и остались лежать на столе. Пора было идти, но они все медлили. Бармен, рассеянно вытиравший стаканы кухонным полотенцем, снова уставился в телевизор, где шла какая-то юмористическая программа. Два старика сидели, спрятав головы в воротники своих поношенных пальто, древние и молчаливые, как черепахи, погруженные в зимнюю спячку.

Сидели и коротали утро, и не было им никакого дела до целого мира, такого огромного и изменчивого.

Вечером, в половине седьмого, Сэм снова очутился в пабе, но на этот раз в Кригане и с Оскаром.

— Не хотите ли пойти куда-нибудь выпить? — предложил Оскар, когда они сидели вдвоем в гостиной.

Остальные обитатели дома были заняты своими делами. Кэрри и Элфрида гремели посудой на кухне, готовясь к завтрашней вечеринке и предстоящему Рождеству. После обеда появился Рори Кеннеди с охапкой остролиста в красных ягодах.

Они с Люси начали украшать комнаты и все еще этим занимались. С дальней садовой стены они сорвали зеленые побеги плюща и очень старательно и долго увивали двойной гирляндой перила лестницы от самого холла до чердака.

Атмосфера в криганском пабе была гораздо жизнерадостнее, чем в «Герцогском гербе», хотя Сэм подозревал, что всегда будет вспоминать это унылое место с большой и даже несколько сентиментальной нежностью.