– Я, наверное, неприлично выгляжу? – спросила она у Никиты, который давно уже прикончил свой кофе и теперь, сидя на краешке кровати, наблюдал за тем, как она ест и пьет. – Приличная женщина не может так открыто проявлять интерес к еде.
– Наоборот, – Никита пожал плечами, – нет ничего тошнотворнее вечно жеманящейся дамочки, которая каждый свой съеденный кусок сопровождает обязательным рассказом про то, сколько в нем калорий и как она бдит за своей фигурой. Когда их не видят, они мечут в рот все, что не приколочено, а на людях лениво ковыряют листочек зеленого салата, томно закатывая глаза.
Уф, как я это ненавижу!
– Ты с такой горячностью об этом говоришь, – заметила Полина и, примерившись, откусила еще кусочек торта. – На своей шкуре испытал?
– Скажем так, насмотрелся, – уклончиво ответил он. – Хотя наша с Ларкой мама очень любит и готовить, и вкусно поесть. Она у нас такая уютная, домашняя, располневшая, конечно, но не до безобразия. Она, если ты понимаешь, о чем я, выглядит доброй из-за своей полноты.
– Ну да, – подхватила Полина, – я тоже замечала. Худой человек почему-то всегда выглядит недобро, даже если на самом деле он вполне хороший. А толстяки такие добродушные-добродушные с виду. Это, наверное, оттого, что им не приходится бороться с собой. Они едят все, что хотят и когда хотят, да?
– Слава богу, сестрица моя тоже всегда ела все, что хотела. Ее всякие новомодные диеты никогда не волновали. И Темку она кормила от пуза. Она знаешь как готовит? Пальчики оближешь. Передались мамины таланты.
– Извини, если я лезу не в свое дело, – медленно сказала Полина и отставила на тумбочку пустую тарелку, – а почему у твоей сестры и ее мужа не было детей? Они давно женаты?
– Не так давно. Всего два года, – горько сказал Никита. – Она сначала была замужем за не очень хорошим человеком, скажем так. Он ее обижал. Не бил, нет. Знал, что я ему за это голову оторву на раз. Но словесно издевался, унижал, гулял от нее. Она все терпела, потому что любила его очень. Все ему прощала, все его требования выполняла, в том числе и аборты… Он детей категорически отказывался заводить.
Говорил, что нужно жить для себя, а не спиногрызов растить. В общем, Ларка терпела и только на аборты бегала. У нее их штук шесть было, не меньше. Она последние от меня скрывала, потому что я в бешенство просто впадал оттого, что она так себя калечит."
"В общем, мучилась она с этим моральным уродом восемь лет, а потом появился Темыч и ее отбил. По-настоящему, как в кино показывают.
