В краю багрового заката

Под платком лежали четыре мощных охотничьих блочных арбалета «Архонт» с колчанами и кейсами для сменных наконечников, четыре самых настоящих непальских мачете-кукри с поясом и ножнами, и на тех же поясах – четыре казачьих ножа из булатной стали. Еще три таких же ножа с простыми кожаными ремнями лежали чуть в стороне.

Первым к командиру подошел Сергей-младший. Взяв из рук старшего прапорщика кукри, он наполовину обнажил лезвие и так же, как много раз видел в исторических фильмах, прикоснулся губами к холодному металлу.

Потом он вложил клинок обратно в ножны и застегнул пояс на бедрах так, что кукри повис вдоль левого бедра, а нож вдоль правого. Дальше была очередь арбалета. Андрей Викторович, когда его вручал, успел шепнуть, что с соответствующим наконечником из этой штуки за сто метров можно свалить кабана. Так что сие оружие вполне серьезное и шутить с ним не надо. Особенно не рекомендуется совать пальцы в разные неположенные места и направлять арбалет на своих товарищей, даже если он заряжен всего лишь учебной стрелой. Ибо она тоже способна нанести серьезные травмы.

Заглянув в кейс, Сергей-младший увидел наконечники, выложенные рядами в специальных углублениях. Особенно впечатляли острые как бритва четырехлепестковые острия на крупную дичь. Хотя специально заершенный наконечник-гарпун для охоты на рыбу тоже оставлял весьма сильное впечатление. Такой, если что, из тела уже не вытащишь.

Его можно только вырезать.

Вслед за Сергеем-младшим, чуть колыхая высокой грудью, к командиру подошла Катя. С ней, Валерой и Лизой все пошло по уже накатанному ритуалу. Становящиеся взрослыми подростки целовали клинок, опоясывались, получали напутствие и, закинув арбалет за плечо, возвращались в строй.

Но вот на столе осталось только три ножа с ремнями. Андрей Викторович сказал:

– Еще четверых из вас я объявляю кандидатами в действительные члены.

Ты, Ляля, с нами недавно, мы тебя еще совсем не знаем. За тебя поручились Катя и Лиза, они говорят, что ты добрая, честная и храбрая девочка, – Андрей Викторович подал Ляле пояс с ножом, – Походи пока в кандидатах. В действительные члены мы примем тебя сразу, как только увидим, что ты к этому готова.

– Я постараюсь, – со слезами на глазах сказала Ляля, застегивая ремень, – Андрей Викторович, я действительно постараюсь.