В моём сердце ты... (СИ)

За эти часы в кромешной темноте она едва не тронулась рассудком, не подозревая прежде, что можно так дико, неконтролируемо бояться темноты и замкнутого пространства.

Зато потом, хоть и с трудом, но оправившись от пережитого ужаса, Лена с удивлением поняла, что её больше не трогают чужие издёвки, что своих одноклассников она ничуть не страшится и совершенно не жаждет их признания. Даже странно стало, почему раньше так хотелось завести дружбу с этими глупыми, озлобленными, хвастливыми малолетками.

Она замкнулась и будто окостенела, покрылась крепчайшим хитином, сквозь который ни насмешкам, ни оскорблениям не пробиться.

На одноклассников взирала равнодушно, а уж если кто особенно допекал – «выпускала коготки». Била в ответ. Била словом, но по самому больному. Ведь у каждого есть уязвимые места, а когда ты постоянно одинок, что ещё делать, как не наблюдать за другими, подмечая чужие слабости?

Открытой и мягкой она бывала лишь дома, с бабушкой.

В институте могла бы, наверное, подружиться с кем-нибудь, но уже и сама не хотела.

Бабушка, конечно, переживала: «Что ж ты всё время со мной сидишь? В твоём возрасте надо гулять с кавалерами да с подружками».

Лена отмахивалась: «Мне это неинтересно».

С личным тоже как-то не складывалось. Единственный роман, бурный, но короткий, закончился банально и пошло: он оказался женат.

Поэтому весь пыл, всю энергию она направила сначала в учёбу, потом – в работу. Итог – двадцать девять лет и кресло директора филиала.

Глава 7

Восемь месяцев назад бабушку разбил инсульт. Четыре недели комы, четыре недели пустой надежды, и в сентябре бабушки не стало.

Первое время Елена Эдуардовна спасалась только работой, прячась от боли и горьких мыслей в кипучей деятельности. Существовала в каком-то дурмане, в бешеной, беспрерывной гонке. И сотрудникам, конечно, закручивала гайки по полной. Чуть что не так – срывалась и устраивала разносы.

С раздражением наблюдала она из окна, как в пятницу вечером уходят с работы бухгалтеры, менеджеры, программисты, экономисты и прочий народ. Кто-то сворачивал на парковку, кто-то резво трусил в сторону остановки, но все неизменно довольные, даже радостные."

"В эту пятницу Елена Эдуардовна углядела из окна среди этих радостных и Любу.