В моём сердце ты... (СИ)

И потом, какая из меня мать с моей-то работой?

Ника работала археологом и постоянно колесила по стране. Но работу свою не просто любила, а видела в ней единственный смысл жизни. И пресловутый семейный очаг никак не мог в её понимании соперничать с возможностью откопать какой-нибудь древнейший артефакт.

Иногда, вот как сегодня, Ника наведывалась в родительский дом. Без всякого предупреждения. Раз – и нагрянет. Когда – на день, а когда – и на пару недель.

В детстве они с Никой не особо ладили. Да чего уж там – отчаянно враждовали.

Коротко стриженная, жилистая, без грамма косметики, в извечной штормовке и брюках-карго, она походила на пацана. Да и замашки у неё совсем не женские – ни кокетства, ни притворства, что на уме, то и на языке. Вроде не обидчивая, но запросто может и высказаться нелитературно, и даже хорошенько навалять, если надо.

– А как тебе твоя работа?

Андрей неопределённо пожал плечами.

– Андрей, ну это же бред – тухнуть в офисе. Мало ли что там отец с матерью говорят.

– С моей ногой только по горам и шастать.

– Мы по горам не шастаем! Ты хоть малейшее понятие имеешь, чем заняты археологи? Да ты хоть представляешь себе, какой это кайф, когда находишь…

Дальше можно было смело отключаться и уходить в собственные мысли, потому что в такие моменты Нику не переслушаешь. Она могла вдохновенно вещать о своих раскопках не один час подряд, ничуть не беспокоясь, интересно ли это кому-то кроме неё или нет.

– Ну, давай! Колись!

– Насчёт чего? – не понял Андрей.

– Закрутил там с кем-то наверняка. Ведь так? Я же вижу. Витаешь вон в облаках весь вечер.

– Ничего ты не видишь, – буркнул он. – Не с кем там крутить.

– Как так? Женщин нет? Или никто не нравится? Или после своей Лилечки ты всех женщин в продажные стервы записал?

Лилю она зря припомнила.

– Не всех, – Андрей приобнял сестру за плечи. – А если честно, то сам не пойму, почему так получается: если женщина красивая, то она реально стерва. Причём такая, что придушить порой хочется, ну или хотя бы послать. Бывает аж еле держишься – так она бесит! А если женщина... или девушка хорошая, ну нормальная, без всяких там тупых взбрыков, то…

– Страшненькая? – догадалась Ника.

– Ну не страшненькая.