В начале пути

Довольно обширное побережье Балтийского моря, оказавшееся в руках России, и ее интересы требовали иметь боеспособный флот, с которым бы считалась та же Швеция, ибо мир с ней оставался шатким.

В связи с этим возобновилась строительная программа флота. Проводилась ревизия старых судов на предмет ввода их в строй. В настоящий момент в Кронштадте был заложен один линейный корабль, в Архангельске два фрегата, которые были куда дешевле линкора. При их строительстве было решено максимально использовать часть оснастки пришедших в негодность судов, все же она составляла до трети от общей стоимости кораблей.

При таком подходе экономия доходила до пятнадцати процентов.

Активно заготавливался лес. Петр не видел смысла строить корабли из сырого дерева. Срок службы таких судов в два раза меньше, а отсюда и явный убыток казне. Разумеется, перспектива получалась отдаленной, но лучше уж так.

Все способные к плаванию корабли стали регулярно выходить в море. Систематически проводились маневры с целью обучения личного состава и повышения боеспособности.

Адмиралтейству предписывалось как можно дольше держать флот в море, чтобы нарабатывался опыт кораблевождения. Даже в отсутствие воинских учений было решено предпринимать частые морские походы.

Кроме этого на обеих верфях заложили сразу десять торговых судов. Была составлена программа дальнейшего строительства. Петру пришлась не по нраву зависимость морской торговли от иностранцев. Российский торговый флот был слишком малочисленным.

Купцы не стремились к заморской торговле, предпочитая совершать сделки на своем берегу. Даже запрет на торговые операции иностранными капитанами не мог этому помешать. Представители торгового сословия находили различные лазейки, вплоть до фиктивных договоров о фрахте, в результате чего морская торговля опять фактически оказывалась в руках иноземцев.

Постройкой торговых кораблей Петр хотел убить сразу трех зайцев. Во-первых, это несомненная прибыль для казны при ведении внешней торговли.

Во-вторых, экипажи кораблей, пришедших в негодность, получали возможность практики кораблевождения, а также отрабатывали свое жалованье и содержание. И наконец, в-третьих, в случае начала военных действий эти суда в кратчайшее время могли быть перевооружены и войти в состав флота как фрегаты. Именно с учетом этого они и проектировались.

Около четырехсот тысяч было выделено на организацию Северной экспедиции под руководством Витуса Беринга.