В начале пути

Сержант особой роты КГБ, по табели о рангах вровень с гвардейским сержантом стоит, и жалованье соответствующее. Хотя по его потребностям – скромное жалованье. Только на себя грешного и хватает.

Хорошо хоть батюшка домой вернулся. Навел порядок железной рукой да культей деревянной, коей нерадивому, бывает, так наподдаст, что тот трижды пожалеет о том, что барину ногу оторвало, а не руку. Но матушка довольна, что муж вернулся. Хоть и без ноги, зато живой. Вот и нужда из дома ушла. Богатство, конечно, не подвалило, но с прежними временами не сравнить.

Опять же братишку и сестренку на свет народили…

Что это? Никак по дороге кто-то скачет. Алексей присел за деревом. В новой форме, которую, поговаривают, измыслил сам государь, его и с десятка шагов не разглядеть. Это, конечно, смотря кто прячется, не рохля какой. Алексей таковым не являлся.

Прислушался. Точно. Скачут. И много. Приложил руку ко рту и трижды крикнул сойкой. Это сигнал отделению, чтобы замерли до поры и ждали дальнейших указаний. А то случится, что проезжие задержатся, парни дальше уйдут, и образуется разрыв в боевом порядке.

А это дело недопустимое. Сейчас-то время мирное, вот только к особой роте это никак не относится.

Как только государь затеял строительство этого самого Саглино, так все и началось. В городке еще только земляные работы шли, как Ушаков начал собирать вторую особую роту. Алексей поначалу к тому отнесся с легкостью. Уж кого-кого, а его в солдаты не забреют. Он канцелярии куда полезнее в иных местах. Угу. Хвалился гусь, да в суп попал.

Оказывается, ему-то как раз в эту самую роту прямая дорога. А все его недюжинные способности в охоте и стрельбе. Ушаков еще и пошутил – мол, не можешь совладать со шпионами, будешь служить охранником у умников. Умниками он нынешних обитателей городка прозывал.

Странный этот Саглино. Нет, с виду ничего особенного. На центральной площади трехэтажное здание института, с большими стрельчатыми окнами. Там же небольшая церковь. Две улицы и четыре переулка. В центре пара десятков двухэтажных домов, в которых проживают умники и офицеры.

Еще десятка четыре одноэтажных, там обретаются уже мастера и работники со своими семьями. Все дома стоят как по линейке, построены по единому петербургскому стандарту. Все улицы мощеные, грязи и в самую слякотную пору не сыщешь.

Словом, в лесной глуши появился эдакий Санкт-Петербург в миниатюре. А то и получше. Все же даже в столице не доведено все до ума, а тут… Вон и фонтан на площади соорудили.