В Объятиях Соблазна (СИ)

Охваченная нетерпением, я поспешно натянула дорожное платье, накинула плащ и взгромоздила на макушку шляпку. Марко уже подхватил меня под локоток и увлек за собой. Никак не унимался, сыпал намеками и подмигивал с видом заговорщика. Я млела от любопытства — ах, скорее бы узнать, что за сюрприз!

Так, смеясь и воркуя, мы добрались до экипажа. Муж галантно подсадил меня внутрь, запрыгнул следом. Карета сорвалась с места, зазвенела колесами по брусчатке. Мы мчались по улицам дремлющей Венеции, окутанной рассветной дымкой.

Туман стелился над городом, скрадывая очертания домов и площадей.

Сердце мое колотилось, разрываясь от волнения и предвкушения. Я жалась к плечу Марко и украдкой поглядывала на него, силясь угадать, куда мы направляемся. Но супруг лишь загадочно улыбался, прижимал палец к губам.

Спустя полчаса тряски и подпрыгиваний на ухабах, карета замерла. Марко с довольным видом отворил дверцу и подал мне руку. Мы выбрались наружу, вдохнули прохладный утренний воздух. Я быстро огляделась, гадая, где это мы очутились.

И ахнула, узнав в сероватом сумраке величественный фасад.

Палаццо Контарини! Родовое гнездо моего покойного дяди Чезаре, и тетушки Беатрис.

Я вопросительно приподняла бровь, покосившись на Марко. Странное место он выбрал для первого дня нашей совместной жизни! Муж лишь хитро подмигнул и, подхватив меня под руку, повел к массивным кованым дверям. Что ж, видимо, здесь и кроется разгадка его сюрприза…

— Идем, милая, — поторопил Марко, увлекая за собой к парадным дверям.

 — Нас уже заждались.

Он решительно взбежал по ступеням и, звеня ключами, распахнул тяжелые створки. Едва слышно скрипнув, они впустили нас в просторный холл палаццо. Несмотря на то что бордель закрыли, внутри еще витал легкий аромат духов и благовоний — отголосок ночных утех и развлечений.

Я невольно поежилась, вспомнив, какая судьба еще совсем недавно была у этого места. Будуар куртизанок, обитель порока и страсти…

Сейчас, когда мы с Марко шагали по анфиладе пустынных залов, на ум приходили совсем иные мысли.

Дом будто погрузился в тревожную спячку, храня тишину и покой. Даже звуки наших шагов казались приглушенными, словно смолкали, едва коснувшись мраморных плит.

На стенах тускло мерцали масляные лампы, не разгоняя сумрак, но придавая обстановке загадочности. В нишах темнели статуи давно почивших предков, взирающие на нас с молчаливой укоризной. Или мне это лишь мерещилось?

Я невольно прижалась к Марко, ища защиты.