В Объятиях Соблазна (СИ)

В голове роились обрывки каких-то образов, смутных и тревожных. Элизабет, Беатрис, наследство, мое прошлое — всё смешалось в причудливый клубок, распутать который никак не удавалось.

Как же не вовремя накатила эта необъяснимая хандра! Мне нужна ясность ума и целеустремленность, чтобы довести дело до конца. Расправиться с юной выскочкой, получить полный контроль над палаццо. Воплотить свои замыслы и насладиться триумфом. А вместо этого я лежу на кушетке и предаюсь рефлексии, как последний неврастеник.

Тряхнув головой, я решительно отмел непрошеные мысли.

Вот ещё, буду я переживать из-за какой-то смутной неудовлетворенности! Не время для слабости и самокопания. У меня впереди важное дело, и я доведу его до победного конца. Чего бы мне это ни стоило.

Поглаживая точеное бедро Лауры, я постарался сосредоточиться на приятных ощущениях. На гладкости её кожи, на дурманящем аромате духов. Нужно взять себя в руки и настроиться на решительный лад. Элизабет Эштон ещё узнает, на что способен Марко Альвизе!

Утреннее солнце только начинало золотить верхушки миниатюрных пиний за окном, когда я проснулась.

Потянулась, прогоняя остатки сновидений. В голове роились обрывки ночных грёз — то ли кошмаров, то ли горячечного бреда.

Накинув пеньюар поверх тонкой батистовой сорочки, я приблизилась к туалетному столику. Из овального зеркала на меня взирала усталая, осунувшаяся девица со спутанными золотистыми локонами и воспалёнными от слёз глазами. Тяжко вздохнув, я плеснула в лицо холодной воды из кувшина, стараясь взбодриться.

Надо собраться с силами перед отъездом.

Ханна ещё спала, свернувшись калачиком на своей узкой кровати. Не хотелось будить бедняжку — вчерашний день измотал её не меньше, чем меня. Пусть хотя бы во сне отдохнёт от треволнений.

Решив дать себе передышку, я заказала лёгкий завтрак в номер. Вскоре горничная внесла поднос с дымящимся кофе, свежими булочками и апельсиновым джемом. От аромата горячего напитка рот наполнился слюной. То, что нужно, чтобы прийти в себя.

Я уже подносила чашку к губам, когда раздался резкий стук в дверь.

Не просто стук — настойчивый требовательный грохот, словно незваный гость силился вышибить хлипкую преграду. От неожиданности я вздрогнула, пролив кофе на пеньюар. Будь он неладен! А Ханна резко села в кровати, испуганно озираясь по сторонам. Она судорожно натянула одеяло до самого подбородка, как будто тонкая ткань могла уберечь от всех напастей.

— Боже мой, мисс Элизабет! — пролепетала она дрожащим голосом.