В объятиях убийцы

Он сказал, что мало света и все равно фотография не получится. Все это нужно было мне для того, чтобы вспомнить, чтобы окунуться в то время, когда я была влюблена.

– Марина, вы идете? А то уже время закрывать. – Нина Адамовна стояла в дверях.

Я собрала все в сумку и ушла.

Я никак не могла решить, правильно ли я делаю, что остаюсь у Алика, возможно, ему тоже грозит опасность, но иначе пришлось бы вернуться домой, а там мама, Дашка… Нет, Алик – все-таки мужчина.

Алика не было дома. Я машинально крутилась на кухне – уже стала привыкать к домашнему хозяйству, как будто так и надо.

Он пришел усталый и с непривычки охрипший – целый день говорил. Я накормила его ужином, согрела молока с сахаром для горла, помассировала плечи и шею. Все это я делала абсолютно отрешенно, не отвлекаясь от своих мыслей. Алик посматривал на меня удивленно и все порывался о чем-то спросить, но я не отвечала, мотивируя это тем, что ему нельзя разговаривать. Так прошел вечер, мы провели его втроем: он, я и телевизор. Уже в постели он все-таки начал выяснять отношения.

– Маринка, если ты сердишься за Лену, то это все давно в прошлом, да особенно-то ничего и не было.

Я хотела сказать, что, судя по ее молчаливым репликам, Лена так не считает, но вовремя прикусила язык. Пусть сам разбирается со своими бывшими пассиями, я ему помогать не буду.

– Спи, дорогой, тебе завтра рано вставать.

Он обиженно засопел, потом уснул, а я долго перебирала в памяти все события того года, когда мы были с Максимом.

Двадцать семь встреч за год, всего двадцать семь, считая первое знакомство и поход в театр. А на двадцать восьмую он пришел и сказал, что переезжает в Москву и что у нас с ним все кончено. Я опять ощутила острую боль в сердце, как тогда, два года назад. Я помнила их все, где это было и когда. Не помнила только, какой был Максим и как мне с ним было в постели, но это-то сейчас не важно.

Следующие два дня я провела, мотаясь по городу. Я искала дома, где мы бывали с Максимом. Вот здесь, в новостройках, в квартире его приятеля мы были раза четыре, а потом на улице Марата – вот этот красивый дом, там квартира была приспособлена под скромный офис, и вечером никого не было.

А потом вон там, в доме на Литейном, вход со двора, под самой крышей мастерская его приятеля – художника, а еще на даче опять-таки его приятеля, куда я не поеду, и просто в машине за городом. Вот и все, роман кончился.

Абсолютно без сил, я еле-еле притащилась домой.