В объятиях убийцы

Если Максим не вернется, я так и умру здесь мучительной смертью… а если вернется…

Я услышала какой-то посторонний звук. Вслушавшись, я поняла, что у меня за спиной тикают часы. Они тикали, естественно, все время, но до сих пор мне было не до них, я их не замечала. Я постаралась повернуть голову, чтобы разглядеть время, – мои наручные часы были не видны из-за веревок. Изогнув шею под немыслимым углом, я увидела, что на часах было четыре. А он обещал вернуться к одиннадцати…

Я попыталась пошевелить руками, но они были стянуты намертво.

Пальцы уже начинали неметь. Что-то надо было делать, но что? Можно попробовать оттолкнуться от пола ногами. Ноги тоже были крепко привязаны к ножкам кресла, но ступни могли немного шевелиться, и от моего толчка кресло чуть подвинулось, но не к двери, как я хотела, а к окну. Ладно, лучше хоть какие-то перемены, чем безвольно сохранять статус-кво. Может, в окно я смогу кого-нибудь увидеть, а может, кто-то заметит меня. Я продолжала отталкиваться ногами, понемногу сдвигая свое тяжеленное кресло к окну. Тишину квартиры нарушало только мое пыхтение и мерное тиканье часов.

Мои неимоверные усилия увенчались тем, что возле самого окна я едва не въехала ножкой кресла в гнилую доску, которую разглядела в самый последний момент. Если бы я вовремя не остановилась, то, потеряв равновесие, вылетела бы вместе с креслом в окно – с пятого этажа прямиком на металлические леса. Вот бы Максим по приходе обрадовался!

Теперь я сидела у окна, как девица за вышиванием. И что мне от этого? Я видела перед собой пустой пыльный двор, груду ржавых металлоконструкций, пробивающийся сквозь них бурьян – и ни одной живой души.

Столько усилий – и чего я добилась? Сижу здесь, как идиотка, перед окном и жду, когда вернется сумасшедший с ножом и прекратит мои мучения. Слезы потекли по моим щекам, усугубляя мое и без того паршивое положение. Вытереть их я не могла, было мокро, противно и щекотно. Тут еще муха вообразила, что мое лицо – самое лучшее место в этой квартире, и стала разгуливать по мокрой от слез щеке… Я скорчила страшную гримасу, пытаясь ее согнать, она улетела, но тут же вернулась… и такая мелочь, как эта муха, показалась мне в тот момент важнее всего на свете. Как от нее избавиться? Этот вопрос казался мне важнее других, таких как развязать руки, как вырваться из этой ужасной квартиры, как остаться в живых!

Поглощенная безнадежной борьбой с мухой, я не сразу заметила движение внизу, во дворе. Там кто-то ходил, спотыкаясь о брошенные леса.