В объятиях убийцы

До Максима наконец дошло, что мой голос доносится откуда-то со стороны. Он дотронулся до лица женщины в кресле… и отдернул руку с криком:

– Кукла! Ловушка! Ты подстроила мне западню, но не думай, что это спасет тебя!

Он оттолкнул кресло с манекеном и бросился в ту сторону, откуда услышал мой голос. Я вылезла из-под тумбочки и на четвереньках отползла подальше как можно быстрее. Максим заметил какое-то движение и свернул в мою сторону, тогда я вскочила на ноги и, не скрываясь, заметалась по комнате. Максим настигал меня, тяжело и хрипло дыша, в руке его сверкал нож.

И тут под его ногами подломилась та самая гнилая доска, которая едва не стала причиной моей гибели. Максим потерял равновесие, покачнулся, нелепо маша в воздухе руками, стараясь ухватиться за что-нибудь, я в это время застыла в углу как изваяние и никакая сила не могла заставить меня протянуть ему руку. Через долю секунды Максим с размаху выпал в окно. Звон окончательно разбитого стекла слился с его криком, страшным и полным изумления. И в этот момент очень кстати распахнулась дверца стенного шкафа и оттуда выскочили красные и растрепанные Толя с Димой. Они бросились к окну, а за ними не спеша вылезла Надежда.

– Маринка, ты жива? Представляешь, эти орлы в самый нужный момент не смогли дверь открыть, заклинило ее, видишь ли…

Мне было не до двери, я уже стояла у окна. Во дворе было довольно светло, и на дне колодца было хорошо видно безвольно провисшую на металлической конструкции фигуру.

– Ох, мать честная! – Дима схватился за голову.

 – Ну будет нам от Громовой, не сумели предотвратить инцидент! Слава Богу, хоть ты жива, а то я бы себе никогда не простил, да и Громова тоже. Но подозреваемый погиб. Эх, и зачем я только согласился на эту авантюру?!

Дима бросил на меня тоскливый взгляд, мне стало его очень жалко: Громова – женщина крутая, влетит теперь ребятам по первое число.

– Ну, Дима, – попробовала я его утешить, – все не так плохо. Я все-таки жива. А насчет того, что там внизу лежит бывший депутат Государственной думы Максим Костров, – это еще надо проверить.

Я один раз уже видела, как он выпал из окна, и что из этого?

Дима переговорил по телефону, обрисовал ситуацию, получил предварительный нагоняй и приказ ждать опергруппу и никого не пускать на место происшествия.

Группа приехала минут через пятнадцать, нас предварительно допросили, несколько раз сфотографировали комнату и окно, отпилили для экспертизы кусок гнилой доски и повели меня вниз для опознания трупа.