Лит оттолкнул ее руку и начал лихорадочно снимать их.
Элеонора взглянула на его пах и покраснела. Несмотря на то что Лит лишил ее невинности, она сохранила девическую стыдливость. Волна нежности накатила на маркиза, но он подавил в себе это чувство.
Нет, он не хотел сегодня быть ласковым! Элеонора поверила, что он – холодный соблазнитель, и маркиз решил вести себя подобным образом: бессердечно соблазнять ее. Несправедливые подозрения любимой женщины причиняли ему страшную боль и вызывали негодование. Сомнение в ее глазах заставило его быть безжалостным.
Он намеренно разжигал в ее крови огонь страсти, обхватив ладонями ее голые ягодицы.
Элеонора ахнула от удивления, когда он приподнял ее, и, обхватив удобнее руками его шею, обвила ногами бедра маркиза.
– Лит… – прошептала она.
В ту ночь, когда они занимались любовью, Элеонора называла его Джеймсом. Маркиз хорошо это помнил. Джеймс был внимателен к своей Элеоноре и нежен с ней. Он медленно и осторожно довел ее до оргазма. А Лит был варваром, который заботился только о собственном удовольствии.
– Держись крепче, – приказал он.
Воспоминания о тех обвинениях, которые бросила ему в лицо Элеонора, доводили маркиза до белого каления.
Он прижал Элеонору спиной к стене. Маркиз ожидал увидеть в ее глазах выражение гнева, но они светились огнем желания. Она поерзала в его руках, пытаясь взять инициативу. И ей это почти удалось.
«Нет, миледи, я здесь главный», – подумал маркиз, поднимая ее повыше.
Он терся о ее промежность до тех пор, пока она не застонала от досады, погрузив пальцы в его густые волосы.
Маркизу нравилось мучить Элеонору. Но вместе с тем он и сам мучился.
Наконец не выдержав, Лит мощным толчком вошел в нее. И еще раз изумился, как тесно у нее внутри. Тесно и влажно. Элеонора на мгновение застыла, зажатая между маркизом и стеной. При каждом вдохе ее грудь соприкасалась с его грудной клеткой.
Лит тоже на пару мгновений замер, а затем, тяжело дыша, начал делать ритмичные движения.
Ее стоны, всхлипы и хриплые вздохи сводили его с ума.
Очень скоро Элеонора пришла в экстаз. Чувствуя, что она находится на грани, Лит глубоко вошел в нее, припечатав к стене.
Он запечатал ей рот поцелуем, чтобы заглушить крики, и выстрелил в ее лоно мощной струей семени.
Элеонора с остервенением поцеловала его в ответ, и Лит понял, что победил. Это был его триумф. Он посмотрел в широко распахнутые глаза Элеоноры и увидел в них отблески страсти, похожей на муку.
