И вот теперь на нее накатила волна безудержной страсти.
В присутствии Лита Нелл охватывала целая гамма чувств – от восторга до смятения. Несмотря на свои двадцать пять лет, она чувствовала себя девочкой-подростком, чрезвычайно эмоциональной и неуравновешенной.
Нелл, казалось бы, должна была благодарить Лита за сдержанность, но вместо этого ее возмущало стремление маркиза держаться от нее подальше. По ночам она плакала в подушку, а днем с трудом подавляла желание броситься маркизу на шею.
Между тем мистер Крейн шел на поправку.
Близился день, когда он должен был вернуться к своим обязанностям секретаря. А это означало, что встречи Нелл с маркизом станут еще короче. Она будет видеть его считаные минуты во время кратких визитов в комнаты матери.
Нелл понимала, что будет лучше, если она вернется в Кент и попытается там залечить душевные раны. Она не собиралась всю жизнь прислуживать богачам. Нелл устроилась в дом маркиза с одной-единственной целью, о которой теперь забыла. Поиски дневника давно прекратились.
Но несмотря на трезвые мысли, которые еще посещали ее порой, Нелл оставалась в усадьбе маркиза, потому что просто не в силах была уехать.
С того памятного дня, когда Лит сделал ей странное предложение поставить крест на себе и отдаться ему, прошло три недели. Нелл сидела в библиотеке за письменным столом и складывала в столбик цифры, готовя материалы для доклада маркиза. В прихожей хлопнула входная дверь, и Нелл поняла: Лит вернулся с утренней прогулки. Невзирая на плохую погоду, он каждый день выезжал на болота, едва дождавшись рассвета.
Сегодня на улице завывал ветер, он дул в окна, выстуживая комнаты. Пылавший в камине огонь не способен был согреть библиотеку.
Но, возможно, холод поселился в душе Нелл и шел изнутри…
В библиотеку вошел маркиз, и Нелл, поспешно встав, сделала реверанс.
– Доброе утро, милорд, – произнесла она.
– Доброе утро, мисс Трим, – поздоровался Лит обыденным тоном.
Ничто не выдавало в нем человека, который совсем недавно прикасался к ней, целовал, просил стать его любовницей.
Не глядя на секретаршу, Лит повернулся к столу, на котором лежали документы и корреспонденция.
– А, почта пришла! Отлично!
Нелл было обидно, что маркиз не обращает на нее внимания, это задевало ее за живое, хотя она понимала, что в сложившихся обстоятельствах он поступает правильно. Лит достал из пачки писем объемистый пакет, а Нелл вернулась к своей работе. Он не разрешал ей разбирать почту без него.
– Это письмо адресовано мне, – сказал Лит.
