В объятиях смерти

Единственное, что мы можем предположить, это что Френки иногда залезал в компьютер, когда отсутствовал один из операторов, может быть, поздно вечером или рано утром. В аэропорту он чувствовал себя как в родном доме. Не говоря уже о том, что никому не было дела до того, чем он занимался. Он был не слишком разговорчив, настоящий молчун, из тех, кто крадется бесшумно, как кот.

— Согласно результатам теста Стенфорда-Бине, — размышляла я, вдавливая штемпель даты в пересохшую чернильную подушечку, — уровень его интеллекта значительно выше среднего.

Марино ничего не сказал. Я пробормотала:

— Его коэффициент был выше ста двадцати.

— Ну и что? — сказал Марино, довольно раздраженно.

— Вот я тебе и говорю.

— Черт! Ты действительно серьезно относишься к этим тестам?

— Они хороший индикатор.

— Но они не догма.

— А я этого и не утверждаю, — согласилась я.

— Может быть, я наоборот рад, что не знаю своего коэффициента.

— Мог бы и проверить. Кстати, это никогда не поздно сделать.

— Надеюсь, что он выше, чем мой проклятый счет в боулинге.

— Маловероятно. Если только ты не совсем уже паршивый игрок.

— В последний раз, когда я там играл, это было именно так.

Я сняла очки и осторожно потерла глаза. Голова у меня трещала, и я не сомневалась, что это навечно.

Марино продолжил:

— Единственное, что мы с Бентоном смогли придумать — Френки узнал телефон Берил из компьютера, а затем следил за ее полетами. Я думаю, именно оттуда он узнал в июле о ее отлете в Майами, когда она сбежала, обнаружив сердце, нацарапанное на дверце автомобиля.

— У тебя есть какие-нибудь теории по поводу того, когда он мог это сделать? — прервала я, придвигая корзину для бумаг поближе.

— Улетая в Балтимор, она оставила свою машину в аэропорту, а последний раз она встречалась с мисс Харпер в Балтиморе в начале июля, меньше чем за неделю до того, как обнаружила сердце, нацарапанное на дверце, — сказал он.

— Значит, он мог это сделать, пока ее машина была запаркована в аэропорту.

— Что ты об этом думаешь?

— По-моему, это выглядит весьма правдоподобно.

— Согласен.

— Потом Берил сбегает на Ки Уэст. — Я продолжала атаковать свою почту. — А Френки продолжает проверять по компьютеру, когда она закажет обратный билет. Вот как он смог выяснить совершенно точно дату ее возвращения."

"— Да, вечер двадцать девятого октября, — сказал Марино. — И Френки все рассчитал. Проще пареной репы.