Звучный голос Трейгера раздался над ее головой, многократно повторенный гулким эхом. Священник перевел взгляд на Сирену, ожидая ответных клятв. Сердце ее бешено заколотилось, слова застряли в горле. Жених сжал ей руку, пытаясь вывести из ступора, но Сирена не могла вымолвить ни слова.
Приглушенный ропот пронесся за их спинами, вынудив Трейгера перейти к решительным действиям. Он толкнул ее локтем в бок, однако вызвал этим лишь дополнительный импульс к инстинктивному желанию бежать. Сирена приготовилась к броску, но Трейгер перехватил ее, прижав к себе.
Лицо его казалось высеченным из гранита, губы вытянулись в тонкую полоску.
– Черт бы тебя побрал, ты заставляешь меня богохульствовать на собственной свадьбе, – прошипел он. – Произноси свои обеты, иначе я за себя не ручаюсь!
Его пальцы впились в ее талию, угрожая расплющить ей ребра, если она посмеет ослушаться. Невеста поморщилась от боли.
– Да, – выдавила она против воли.
Зачем он мучит ее? Ведь он ее не любит.
Трейгер поднял вуаль и прильнул к ее губам, закрепляя клятвы поцелуем. Он крепко прижимал к себе ее трепещущее тело, заявляя на жену свои права в присутствии множества военных в качестве свидетелей. Бежать было слишком поздно. Она стала миссис Грейсон, хотя с удовольствием уступила бы сейчас свое место любой женщине, пожелавшей его занять.
– Можно поцеловать новобрачную? – Роджер похлопал брата по плечу. – В конце концов я шафер. Не менее важная персона, чем жених.
И, не дав Трейгеру времени ответить, обнял Сирену, лишив ее возможности отдышаться после поцелуя мужа. А затем передал по кругу, как кружку с элем, единственную на целую ораву мужчин, умирающих от жажды. Сирена могла поклясться, что половина из них за последние шесть месяцев не приближалась к женщине ближе чем на десять футов. Она переходила из рук в руки, превратившись в объект жарких объятий и пылких поцелуев.
Когда майор Болдуин склонился к ней, Сирена воспользовалась возможностью лучше рассмотреть его, но так и не могла вспомнить, почему ей знакомо его лицо.
Трейгер выбрал именно этот момент, чтобы предложить бокал шампанского, который она с благодарностью приняла, невзирая на личность дающего. Она уставилась на Болдуина поверх кромки бокала, и внезапно из уголков ее памяти вынырнуло…"
"Болдуин присутствовал на одном из собраний в Нью-Йорке, которое прошлым летом она посетила вместе с отцом и мачехой.
