В объятиях тьмы

Да, он смутно замечал, как все богаче становятся гобелены, как появляются на стенах элегантные канделябры. И везде царила атмосфера разврата, потакания испорченным вкусам. Весь мир для Вайпера был сосредоточен сейчас на женщине, которую он нес на руках.

Он не может позволить ей умереть. Даже если для ее спасения придется убить всех вампиров, тролля или человека в этих пещерах.

Наконец вслед за Стиксом он вошел в пещеру, где горел яркий огонь и стояла огромная постель. Вайпер остановился — худой вампир лежал на атласных подушках.

Он испытал настоящий шок при виде живой мумии."

"Кровь святых! Анассо, казалось, скорее жив, чем мертв. Удручающее зрелище даже для вампира. Но как он мог сохранить столько силы? Это казалось Вайперу невозможным, пока он не взглянул в глубоко запавшие глаза, горящие безумным блеском.

Даже на краю гибели старый вампир был готов сражаться до конца.

Легко прочитав его мысли, Анассо улыбнулся. От его улыбки Вайперу стало страшно, как никогда.

— Я знал, что ты придешь, Вайпер, — проскрежетал старый вампир.

Прижав Шей к груди, Вайпер смело взглянул в изможденное лицо.

— Ты лишил меня выбора.

— Ты злишься. — Анассо вздохнул. — Неужели в тебе нет ни капли сострадания к своему господину, сын мой? Преданности тому, кто принес в жертву все, что было ему дорого, ради спасения расы вампиров?

— Я вижу жалкую тень некогда великого вампира, который уничтожил себя, потакая собственной слабости.

Худое лицо Анассо застыло, но голос оставался мягким и увещевающим. Это был голос, некогда созывавший сотни вампиров на бой.

— Да. Я был слаб. И глуп. Но как только с болезнью будет покончено, обещаю, что никогда впредь не паду жертвой пагубной страсти. Я стану прежним и поведу своих сторонников к вершинам сияющей славы, коей мы достойны.

Вайпер медленно покачал головой. Эта клятва сгодится для Стикса и его Воронов, но не для него.

— Ты и раньше давал подобные обещания, господин. На сей раз старый вампир не пытался скрыть гнев.

— Не вздумал ли ты меня судить, Вайпер? Ты не знаешь, через что я прошел, чтобы принести нам всем мир, — заявил он, и от звука его голоса Вайпер поморщился.

Он стиснул зубы. Черт, как больно!

— Мы все знаем, что ты для нас сделал, — скрипнул он зубами.

Новый болезненный укол.

— Откуда тебе знать? Как тебе понять, чего мне это стоило? — Анассо ткнул в Вайпера худым пальцем. — Не проходит ночи, чтобы меня не посещали призраки друзей и любимых, которых мне пришлось убить, потому что они противились переменам.