Зажмуриваюсь, просто растворяясь в грубоватых ласках. Таких необходимых. Дорожка поцелуев оставляет горячий след, и мужские губы смыкаются на чувствительной вершинке. Вскрик застревает в горле. Прижимаю его голову к себе сильнее.
Регор терзает мою грудь, бьёт языком, лижет, прикусывает, сжимает, выкручивает. Доводит до исступления. Просто топит в желании. Продлевая эту муку. Шершавые пальцы касаются живота, вызывая трепет и перехватывая дыхание. Плавно оглаживают живот, спускаясь ниже, проникая под брюки, скребут по лёгкой поросли лобка.
Легко проскальзывают ещё ниже, задевая клитор, посылая разряды удовольствия.
– А-аа-х, – вскрикиваю и жмурюсь.
Там мокро. Очень. Его пальцы просто утопают во влаге. Размазывают и вторгаются глубже. В меня. Вытягиваюсь в струнку, выгибаюсь, насаживаюсь сама.
Мир переворачивается в одночасье. Я лежу на собственной кровати. Почти раздета, распалена до одури. Тронь и взорвусь. Мужчина почти одет. Держит себя в руках даже сейчас. Он нависает, обволакивает своей аурой. Пытаюсь унять ноющую боль от потери его губ и рук.
Свожу коленки, плоть требует продолжения. Накрываю ладонями грудь и сжимаю её. Знаю, как выгляжу. Как распутная бесовка. У Регора кадык дёргается, а в глазах просто буря желания и чего-то ещё. Это что-то глубинное, потаённое. Что сдерживает его, не даёт сорваться с цепи.
– Регор, – зову сипло, закусываю губу.
Мужчина склоняется и тянет за брюки, снимает последние барьеры и накрывает собой.
Его пальцы вновь во мне. Волшебные, длинные. Он медленно распаляет меня, покрывая всё тело поцелуями.
Выпивает все стоны и вскрики. Дышит в унисон.
– Податливая. Горячая. Моя, – шепчет прерывисто, продолжая таранить, возносить до небес, толкать в самую бездну.
Выгибаюсь, прижимаюсь всем телом к большому и горячему мужчине. Глажу его каменные плечи, спину. Он всё ещё не раздет, только торс оголён. Мне этого мало.
– Регор, пожалуйста, – хнычу, подаваясь тазом. – Нет!
Коммодор отстраняется. Жмурюсь. Чувствую некое предательство и пустоту. Будто я вновь в космосе.
В темноте. Одна. А вокруг только звёзды. Под закрытыми веками и вправду вспыхивают световые червячки, создавая иллюзию звёзд.
– Тише, маленькая, я здесь.
Горячее дыхание опаляет губы, и меня накрывает мужское тело. Глупо улыбаюсь, кажется, даже плачу.
– Я рядом, Лана. Ты больше не одна, – шепчет Регор, сцеловывая с щёк эти дурацкие капли слёз. Обнимает голову ладонями, фиксируя. – Посмотри на меня.
Распахиваю веки, попадая в плен его тёмных глаз.
