Марк говорит охранникам, куда отнести вещи и где устроить Соню и Арсения. Дети уходят с мужчинами.
Соня оглядывается и вполне серьезно говорит:
— Если я здесь потеряюсь, то буду кричать. Громко.
— Ну, можешь и кричать, — жмет плечом Марк, — Но лучше воспользуйся телефоном.
Мои вещи тоже уносят. А мы с Марком заходим в дом. Здесь чувствуется отличие в уровне моего материального положения и его. Особняк слишком большой. Как отель. Что здесь может делать один человек?
Марк показывает мне первый этаж.
Стараюсь запомнить расположение.
— Ты тут один живешь?
— Я тут не живу, — отвечает мужчина, — Дом используется для приемов и встречи гостей. Просто он за городом. Рядом красивое озеро, лес. Мне кажется, здесь нам будет проще.
— Слушай, а сюда никто не нагрянет? Отец? — на языке вертится упрямое ""или"", но я его проглатываю. Он не давал мне повода сомневаться, а проецировать на Марка ошибки другого человека — это верх идиотизма."
"— Отец в курсе, что на выходные ко мне приехала ты.
С детьми, — Марк констатирует факт.
Но я его уже хорошо чувствую, поэтому задаю следующий неприятный вопрос.
— И ему это не нравится?
— Наташ, ты сейчас о чем? Будем ли мы с тобой пытаться угодить всем вокруг или попытаемся сохранить и укрепить то, что есть между нами?
Кладу ему ладонь на плечо. Ощущаю, как напряжение между нами спадает.
— Марк, я бы не хотела еще одной конфронтации. и неодобрение твоего отца — это не пустяк.
Он обнимает меня тут же, внимательно смотрит в глаза.
— Нат, эту жизнь живем мы. Ты, я. Не мой отец. не твои дети. Нам вполне по силам создать комфортные условия для всех.
— Что-то я в последнее время сомневаюсь в себе.
— А ты не сомневайся.
— Мам! — раздается голос Сони. Саму ее пока не видно.
— Мы здесь, — отзываюсь, выскальзывая из рук мужчины. Но как же не хочется этого делать!
Соня не одна, она с Арсением.
— Кто-то обещал ужин, — говорит она и смотрит на Марка.
— Пошли на кухню. Прислугу я отпустил, поэтому придется справиться собственными силами.
Кухня большая, как и все в этом доме, оснащенная современной бытовой техникой. Арса пристраиваем на стул. Сами накрываем на стол. Есть и правда хочется.
За ужином всё как-то сглаживается. Занятая вкусной едой Соня не пытается дерзить. Марк ведет себя с детьми естественно, не переигрывает.
— Ты нас обкормил, — пеняю я шутливо, облокачиваясь на спинку стула.
— На это и был расчет, — улыбается Марк.
