Если бы она осталась там, то ослабленный алкоголем контроль дал бы трещину, и Анжела решилась бы подняться к ним и устроить знатную сцену, выплеснуть наконец весь негатив. Недоскандалила она тогда, пять лет назад. Молча выставила его вещи из квартиры и заблокировала номер телефона, вычеркивая из своей жизни навсегда. Не высказалась. Не всплеснула всю душевную боль и горечь. Давно похороненная обида, восстала из мертвых и отряхнула с себя прах старой любви. Ущемленная гордыня рычала и выворачивала душу наизнанку от желания причинить ему ответную боль.
Столь же сильную, какую испытывала она. Их встреча разбудила в ней зверя, которого Лика испугалась. Она боялась саму себя, но была полна решимости задавить никому ненужные порывы на корню. Кому как не ей знать, что столь сильные эмоции делают человека уязвимым, а становиться уязвимой Анжела не хотела.
Чтобы успокоиться Лике потребовалось двадцать минут. Пока она стояла в огромной очереди в туалет, она многое обдумала. Эмоции Андрей до сих пор вызывал в ней сильные, но весьма негативные и разрушительные.
Ей необходимо держаться от этого человека на максимальном расстоянии. В конце концов, в отличие от неё, привязанной только одному проекту, Поздняков ведет дела всех своих фирм. Учитывая, что интересы Андрея простирались не только в сфере развлекательных ночных клубов, то он просто физически не сможет постоянно находиться в «Экстазе», это давало некоторый простор Анжеле для маневрирования в этих непростых взаимоотношениях. Да и переезд к Матвею теперь представал для неё в ином свете, как дополнительная защита от своих собственных возможных глупых поступков.
Остудив голову и поправив макияж, Лика вернулась к девчонкам. Наметив примерный план действий, она чувствовала себя уверенней. Тот факт, что её замыслы были слегка размыты и не имели четкого вектора, она проигнорировала, решив действовать по обстоятельствам. Лика определила для себя, что не позволит прошлому в лице Андрея разрушить её настоящее.
— Что случилось? Ты так резко сорвалась? — встревоженно спросила Света.
Обе подруги вернулись за столик. Официант успел сменить опустевшую бутылку шампанского на новую и принести закуски.
— Ничего. Просто резко живот прихватило, — поморщилась она, не желая заострять внимание на странных противоречивых эмоциях, что бурлили в ней. Врать она не любила, но в этом случае решила пойти по пути наименьшего сопротивления и избавить себя от добровольно-принудительного сеанса психоанализа.
