Проверим наши отношения бытом, а там и до свадьбы недалеко. Поэтому твои комментарии не уместны, Андрей Андреевич. Свой яд можешь держать при себе.
И подавиться им! Последнего Минаева не сказала, лишь победоносно ухмыльнулась, глядя на то, как Поздняков от злости сжимает губы. Лика перехватила его наполненный яростью взгляд и поёжилась. Ей действительно удалось задеть его, и сильно, так что стоило ждать ответочки. И она последовала незамедлительно.
— А я разве давал слово, что буду верным до гробовой доски? — вопрос-удар попал точно в цель, сердце Анжелы болезненно сжалось от боли.
— Не припомню подобного.
Лика прикрыла глаза, собираясь с силами. Да, Андрей никогда ничего ей не обещал. И это было истинной правдой. Никаких обещаний, признаний… Лишь невыразительное предложение руки и сердца и бесконечная выжигающая душу ревность. Она сама построила воздушные замки, создала иллюзорный идеальный мир, не выдержавший удара жестокой реальности. Сама виновата, что продолжала видеть происходящее в розовых тонах, хотя с самого начала было понятно, что Андрей не сторонник моногамии и традиционных ценностей.
Глупая молоденькая дура, которую легко обмануть, потому что она сама была рада обманываться.
Как же она ненавидела Андрея в этот момент! Так сильно, что едва сдерживалась, чтобы не расцарапать самоуверенную рожу. Он совершенно точно знал куда бить и ударил. Жестко и без жалости."
"— Легко нанести удар по более слабому сопернику, да, Андрей? Легко было унизить и растоптать женщину, которая тебя безумно любила? В этом весь ты, Поздняков.
Никаких обещаний. Никаких признаний. И вроде как чистенький, ведь я сама виновата, придумала то, чего на самом деле не было. Только вот что я тебе скажу, — Анжела, даже получив болезненный удар, держала голову высоко и взгляд не отводила, — ты — трус, Поздняков. Банальный трус. Так боишься обязательств и чувств, что превратился в жалкое подобие мужика. Как только замаячит перспектива к кому-нибудь привязаться, ты бежишь сломя голову.
Так что мне жаль тебя, искренне жаль… Останешься к концу жизни, совершенно один и потрепанный жизнью, жалкий. Никому не нужны эмоциональные инвалиды. Твой предел — это стриптизёрши и шлюхи, которые сделают всё ради твоих денег, но ты сам, как личность и мужчина, никому не нужен.
Внутри девушки всё переворачивалось от боли, а Поздняков с каждым её словом бледнел всё больше. Оба слишком хорошо друг друга знали, от того и знали куда бить.
