Посмотри на меня, — большим пальцем он приподнял голову за подбородок, заставляя переключиться. Мои же руки тем временем вспотели, и я противно прилипала ими в собственному телу.
Не волноваться. Не волноваться, да? Жар в теле нарастал, когда мужчина осторожно приблизился и поцеловал. На этот раз с языком, мягко перехватывая мои сжимающие брюки ладони. Массажируя большими пальцами внутреннюю часть, а потом и пальцы. Нежно, бережно и так до боли приятно-осторожно, словно я могла бы на части разломаться от прикосновений.
Не прекращал он при этом меня и целовать, погружая в пучину неизведанного мягко, как заходят в холодную воду после нескольких часов на солнце. Сейчас я понимала, что иначе у нас бы не получилось.
Сейчас не о скорости шла речь, а о том, как быть мягким с тем, что у нас имелось. С учетом безумно огромного багажа боли и отчаяния, когда кажется, что жизнь закончилась. А для кого-то она может и не начиналась под ворохом тех проблем, что давили на плечи и тянули к земле.
Неожиданно я осталась в одном нижнем белье, ощущая, как грудь сдавливало от непонятного напряжения, а внизу живота тяготел узел.
Было жарко и потно, но не грязно. Я всегда думала, что секс —это обязательно пошло и развратно, но у меня не было таких ощущений прямо сейчас. Я четко осознавала, что у нас случится все сегодня. И я хотела этого, пожалуй, впервые в жизни вообще почувствовав то, что называлось возбуждением.
—Я осторожно, — прошептал Саша, коснувшись лобка сквозь намокшее белье.
Поглаживая, и не надавливая, он приучал меня к себе. И к такому виду близости. Несмотря, что самому было тяжело, и это было ясно по учащенному отрывистому дыханию и напряженной жилке на лбу, что натягивала кожу и старила такое прекрасное лицо."
"Рвано вдохнув, я резко задержала дыхание, когда палец погрузился чуть дальше. Всего лишь на пару сантиметров, одновременно с этим россыпь мелких поцелуев, от которых у любой бы задрожали коленки, коснулась моей шеи. Накаченная грудь прижалась к моей, скрытой под самым обычным хлопковым лифчиком и, казалось, налившейся от возбуждения.
Губы скользнули по плечу и медленно сдвинули лямку. Сначала одну, затем вторую. Мурашки рассыпались бисером по коже, покрывающейся то коркой льда, то огненным жаром. Безумные качели. Прикрыв глаза, я сильнее раздвинула ноги, немного подаваясь вперед, сама четко не осознавая свои действия.
—Не торопись, привыкни, малыш, — прошептал Саша, оторвавшись от шеи.
