Я просканировал ухмыляющиеся лица, направленные в мою сторону, обводя пальцами
кромку стаканчика. Дилан сидел, откинувшись на спинку своего стула, устроив стаканчик на
своем колене, и с хитрой улыбкой на его потрясающем лице, качая в мою сторону головой.
Он должен знать, что я помню наш разговор о его переезде сюда, когда он учился в"
"колледже… так что да, я был точно уверен в одном.
– Ладно, – произнес я, усаживаясь чуть прямее на своем месте. – Хорошая попытка с
первым, Солнышко.
И не сказать, что я сомневаюсь, что вы с Зигги в «контакте с
природой»…но я совершенно точно знаю, что вы переехали сюда, когда Дилан учился в
колледже.
Рот Солнышка распахнулся, и она крутанула свою голову, чтобы приковать Дилана
обвиняющим взглядом. Дилан, извиняясь, пожал плечами.
– Что? Откуда мне было знать, что я не должен был рассказывать ему то, что ты в
дальнейшем использовала бы против него?
Я рассмеялся на это, а взгляд Дилана нашел мой.
– Ой, не смейся так сильно, Локк. Ты грязный игрок. А грязные игроки всегда
получают по заслугам.
Я не уверен, понимал ли Дилан, как прозвучали его слова, или как взгляд, который он
направил в мою сторону, повлиял на меня, но все это одновременно ушло южнее и заставило
меня заерзать на стуле.
– Понял? – сказал этот мучитель и вдобавок подмигнул. Окей, да. Он точно знал, что
делал.
– Ох, оставь беднягу в покое, Дилан. Он пытается обдумать свой ответ, а не то, что ты
хочешь сделать с ним позже, – сказал Зигги, напоминая мне о том, насколько открытой была
эта семья во, ну…во всем.
– Итак. Это все же не означает, что ты сорвался с крючка. Поэтому
давай свой самый лучший вариант.
Я раздумывал о двух других. Я определенно мог представить, как Зигги и Солнышко
знакомятся после ареста, но и еще я задавался вопросом, было ли Солнышко ее официальным
именем с рождения. Дилану было дано имя Мечта, когда его усыновила эта семья, так что…
– Ладно.
Я думаю, что правда – твое настоящее имя Барбара.
Когда мой взгляд остановился на Солнышке, она притворилась, что обдумывала ответ
секунду, а затем покачала головой и рассмеялась.
– Прости, Геркулес…мои родители были первыми детьми цветов. Меня звали
Солнышко с того дня, как мама и папа узнали, что ждут меня.
Я уловил нахальный смех Дилана, и когда я посмотрел на него, он поднял стакан в
шутливом жесте.
– До дна, здоровяк.
Господи.
