Я не только чувствовал себя человеком, а не
знаменитостью, но и глубокое чувство признания, которое испытывал, было непохожим на
все, что я когда–либо надеялся почувствовать. Сидя здесь, с друзьями Дилана и его семьей, я
мог быть собой. Настоящим собой. Личностью, которую я, наконец–то, начинал понимать,
благодаря мужчине, которого сейчас обнимал своими руками.
Дилан баюкал бутылку с пивом, пока разговаривал с Солнышком о том, когда мы
приедем в следующий раз, и пока он говорил, он ненароком перевернул свою ладонь и
переплел пальцы с моими, как будто делал это годами, а не несколько месяцев, а я удивлялся
тому, насколько мне повезло.
Каким–то образом во всем этом хаосе моей каждодневной жизни, Дилан нашел меня.
И пока я находился здесь окруженный такой большой любовью и теплотой, я понимал, что
нет и шанса, что я когда–нибудь позволю ему уйти.
Глава 21.
______________________
Охренеть–как–монументально.
– Дилан, правда, что ты переезжаешь в Нью–Йорк?
– Почему Эйс не сопровождал тебя в твоей поездке?
Пока проталкивался сквозь группу фотографов перед своим домом, я удивлялся, что
совсем ничего не изменилось, учитывая, что я пробыл в Нью–Йорке неделю из–за нескольких
съемок.
– Не сегодня, ребята, – сказал я, удерживая голову низко опущенной. Когда я оказался
внутри квартиры, которая теперь казалась моим временным жилищем, я подкатил чемодан к
островку и выудил телефон из кармана. Это был самый длинный промежуток времени без
Эйса с нашего знакомства, и теперь я был взволнован предстоящей встречей, когда вернулся
в тот же часовой пояс.
Помимо того, что я безумно скучал по нему, это была невероятная
неделя. Она началась со съемок для Provocateur на пляже Rockaway в Куинсе, перед тем как я
вернулся в город для индивидуальных съемок. Я снимался для GQ в Центральном Парке у
фонтана Bethesda. Затем съемки Gucci забросили меня на крышу Всемирного Торгового
Центра, с захватывающим дух видом на Нью–Йорк и его окрестности.
И моя любимая часть –
конфискация того, что так удачно было названо «Сладости Дилана» для сладких съемок, и у
меня было ощущение, что подруге Эйса Рили это очень бы понравилось. Я может, а может и
не провел ту ночь в отеле с тем смущающим ассортиментом шоколадок, мармеладок и мини–
тортиков на палочке. Черт возьми, те тортики на палочках…
– Добро пожаловать обратно, мистер Прескот, – сказал Эйс, перебивая мои мысли до
того, как я успел закапать слюной.
