Я кивнул и не смог удержаться, чтобы не наклониться и не прижаться крепким
поцелуем к его распутным губам, и когда его губы приоткрылись для моего языка, я нырнул
внутрь и потерялся в его вкусе. Он застонал и поднес руку к моей шее, и от звука и
прикосновения пробежалась дрожь по позвоночнику к моему члену. Он был восхитителен.
– Мхмм, ты соблазнил меня здесь, – произнес я в его припухшие губы.
– Разве?
– Да. Ты представил меня своим родителям, а затем разделся и соблазнил меня до
потери моего горячо–любимого разума.
"
"Дилан нежно впился зубами в мою нижнюю губу, и когда он отстранил свою голову,
потянув кончиками мою плоть, я застонал и уже был готов завалить его на спину, когда…
Тук. Тук. Тук.
…произошло вместо этого.
– Шшш… не открывай, – сказал Дилан, пока стук не повторился снова. Он заворчал, а
я рассмеялся.
– Это, наверное, просто Ллойд, а у тебя есть четвертаки. Тебе, наверное, стоит отдать
их ему, – сказал я, и поднялся с дивана.
Я прихватил банку с монетами и посмотрел туда, где
Дилан разлегся на диване, очевидно думая о том же, что и я. – Даже не смей двигаться.
Я побежал к двери намного быстрее, и когда потянул ее на себя, я немного
затормозил, потому что там, передо мной стояла женщина с зернистого снимка. Та же
женщина, которую Дилан тщательно описывал мне в тот первый раз, когда встретился с ней
неделю назад. И даже не слыша и не видя всего этого, ее глаза были того же цвета, как у
мальчика, которого она так беспечно отшвырнула в сторону.
Да. В моей голове не было сомнений, что я, наконец–то, столкнулся лицом к лицу с
Брендой.
– Ой, – ахнула она, рука взлетела к груди, а глаза распахнулись. – Простите. Я
искала…
– Я знаю, кого именно ты искала, – произнес я, обрывая ее прямо с самого начала.
Дилан ясно дал понять, что не хочет иметь ничего общего с этой женщиной. Он говорил это
Солнышку, он говорил это мне – черт возьми, да даже самой Бренде, но она продолжает
возвращаться.
Так что если она не собиралась прислушиваться к Дилану, если она не собиралась
воспринимать его угрозу всерьез, тогда, возможно, пришло время ей услышать это от другого
человека. Того, кто не боится ее.
Я вышагнул за порог, банка с монетами была все еще прижата под моей рукой, и
получил огромное удовольствие от того, как она попятилась назад.
