Расхохотавшись сильнее, я опустил руку и сказал:
– Похоже, твоя одежда самостоятельно слетает при виде меня.
Дилан обратно натянул и придержал их, ворча всю дорогу из ванной.
– Проклятый мускулистый здоровяк, – пробормотал он себе под нос.
– Эй, может, задумаешься над тем, чтобы в следующий раз принести немного
запасной одежды сюда. И зубную щетку. И, возможно, тридцатисантиметровый дилдо…
Когда Дилан захлопнул за собой дверь, я усмехнулся и сбросил свои штаны. Я только
наполовину пошутил, но не мог отрицать той мысли, что висящие вещи Дилана рядом с
моими, творили удивительный вещи с моим сердцем.
И мысли о том тридцатисантиметровом"
"дилдо творили потрясающе–удивительный вещи с моим членом. Двадцать минут? Мне
хватит всего лишь пяти с этим безумно–жарким образом, и в независимости от того, кто
сидел внизу, подумал я, шагнув под струи.
Глава 13.
_______________
Сети.
– Эйс, где твой любовник?
– Дилан уже познакомился с родителями?
– Это правда, что вы расстались сегодня утром?
Я отдал ключи от своего Range Rover парковщику, и заставил себя не закатывать глаза
на все крики, исходящие от фотографов, которые выстроились у обочины «The Vine»,
популярного место для ланча, которое выбрали мои родители.
Мда, популярное из–за каждой
проклятой знаменитости, за которой гонялись папарацци, здесь они попадали в новости. И
именно так все и выглядело. Ты не пойдешь в подобное место, как «The Vine», если хочешь
оставаться вне радаров, потому что тот факт, что я был здесь с родителями, но без Дилана,
скорее всего запустит новый дерьмо–шторм сплетен.
Моя мать взяла меня под локоть, когда я повел ее по кирпичной дорожке, которая вела
внутрь, и когда мы проходили забитый–до–отказа внутренний дворик, я чувствовал взгляды
постоянных посетителей, прожигающих дыры, как пули, в моем теле.
Улыбайся, придурок, думал я. Как будто я забыл правила этой игры. Как удерживать
прессу и всех зевак очарованными, раздаривая улыбки, взмахивая руками и дружескими
подколками.
С трудом сглотнув, я выдавил улыбку на своем лице и кивнул парочке людей,
смотрящих в мою сторону, а затем придержал открытую дверь для своих родителей и шагнул
следом в арктический интерьер.
– Надо же, все эти люди здесь из–за моего мальчика, – произнесла мама, глядя на меня
снизу–вверх из–под своих длинных, накладных ресниц.
