– Если для тебя это нормально, тогда что ты скажешь насчет, выйти
к ним с высокоподнятыми головами и поднятыми средними пальцами – это будет самое
лучшее решение?
Дилан удивленно рассмеялся.
– То есть буквально показать «фак» прессе. Так. Отличный план.
– Ладно, тогда, может, взявшись за руки, но с тем же настроением.
Веселое выражение на лице Дилана испарилось, и он посмотрел вниз на свои потертые
джинсы и обычную зеленую футболку. И до того, как успел хоть что–то сказать, я опередил
его.
– Даже не думай переодеваться.
– Но… я в невероятном, охрененном беспорядке. Я не могу вот так выйти.
Подойдя к нему, я прошелся взглядом по его телу.
– Определенно согласен, что ты невероятно охрененный.
– Мне кажется, я бы предпочел наши фотки в полотенцах.
Я потребил пальцем подол его футболки, а затем скользнул под нее, чтобы ощутить
гладкую, теплую кожу его живота.
– Ты идеально выглядишь.
– Ты с ума сошел.
– Вероятно.
Уголок рта Дилана изогнулся, и когда показалась одна из его ямочек, я покачал
головой.
– Ты просто понятия не имеешь, насколько притягателен, так ведь? Да они друг на
друга полезут, чтобы сфотографировать это лицо.
– Ты слегка необъективен.
– Я считал так еще до того, как ты стал моим, – как только слова вырвались из моего
рта, я осознал, насколько близок был сейчас, чтобы выложить, как сильно в него влюблен. И
это не упустил Дилан, если то, как его взгляд потемнел было хоть каким–то признаком.
– Считал, да?
– Да. На своем дне рождения, вообще–то.
Моей первой мыслью было, что Расс –
идиот, раз выпустил тебя из виду. Второй – что какая–то счастливая сволочь начнет
ухаживать за тобой, до того как у меня появится шанс.
Дилан прижался к моим губам сладким поцелуем, и когда его губы изогнулись, он
сказал:
– Они могли бы попытаться, но я был слишком занят мыслями об имениннике.
Я провел дорожку тыльной стороной своих пальцев вниз по его щеке и еще раз
спросил, просто, чтобы убедиться.
– Ты уверен, что хочешь сделать это?
Дилан потянулся за моей лаской, и его глаза закрылись, его ресницы густые и темные
на безупречной коже.
– Нет, – прошептал он, и мое сердце в тот момент остановилось. Затем он распахнул
свои великолепные глаза, и выражение в них шокировало и вернуло меня к жизни. Они были
полны страха, желания, и той же эмоции, что я испытывал тогда – одержимости. – Я не
уверен насчет всего. Но уверен насчет тебя. Я хочу тебя, Эйс.
