А теперь, всё казалось, не настолько ужасным, что мне можно многое и все препятствия, запреты — неважны!
Мы ещё до коньяка не дошли, а я уже ощущала себя ужасно пьяной. Сколько мне там надо было, на вес пятьдесят восемь килограмм, да ещё на голодный желудок! После завтрака уже часов пять прошло. К тому же, я очень редко позволяла себе, расслабится подобным образом, поэтому, мой организм не привык к такой нагрузке и дозе.
В общем, одно к одному и я потеряла себя, и свою стойкость. Я вообще плохо соображала в тот промежуток действий, когда позволила себе «расслабится» и меня просто занесло.
Помню только некоторые моменты, и то первое, что стало точкой невозврата и пусковым крючком следующих событий, которые я пыталась избежать, так усердно сопротивляясь.
Чёртовое спиртное! Ведь именно оно стало причиной, когда я потеряла чёткость мыслей и перестала контролировать всё то, что вылетало из моего рта.
— Ты знаешь, у тебя такие красивые глаза. Невероятного цвета, — первое что говорю, после длительной паузы и тщательного рассматривания мужчины.
Мы сидели слишком близко друг к другу, и я впервые не смущалась этого.
— Ты со мной флиртуешь? — удивляется Макс.
— Пытаюсь, — отвечаю игриво, склоняясь к нему.
— Я не хочу пользоваться твоим состоянием. Ты слишком много выпила…
— А ты так много говоришь, ворчишь и думаешь! — обрываю. — Ты случайно не учитель? — пользуюсь его же тактикой.
— Роксана…, - предупреждающе говорит он, а я издаю удовлетворенный стон.
— М-м-м! С твоих уст, моё имя звучит так эротично! — шепчу, и замечаю, как глаза мужчины тёмнеют от возбуждения, а его кадык дергается вверх-вниз, когда он нервно сглатывает.
— Ты знаешь, что я безумно хочу тебя и сейчас, мне невыносимо сдерживать себя. Но ты пожалеешь об этом завтра. Вспомнишь своего парня и будешь винить меня за то, что воспользовался тобой в минуту слабости, когда ты грустила об отце, — продолжает сопротивление Макс, немного отрезвляя меня напоминанием о папе.
И я почувствовала себя такой развратной, грязной…виноватой. Словно наваждение какое-то. Совсем сума сошла.
Я отстраняюсь от Макса, и на моих глазах выступают слезы.
— Прости…не знаю, что на меня нашло, — тихо роняю. — Наверно, я уже достаточно расслабилась.
— Иди ко мне, — вдруг бросает Макс, заключая меня в свои утешительные объятия. Прижимает к своей груди, и я слышу, как его сердце бьётся с неимоверной скоростью. Как и моё.
