К сожалению, понимаю это только сейчас, когда нахожусь в его объятиях и так остро ощущаю его запах, взгляд, прикосновения, в более спокойной обстановке, без ссор, пререканий и недовольства.
— Ну же! — шепотом торопит он, скользнув носом по моей щеке, глубоко в легкие, втягивая мой запах.
И я приступаю…
Сначала упираюсь своим лбом в его лоб, несколько секунд вожу ладонями по плечам Максима, а после легонько касаюсь его губ. Делаю это робко, словно не опытная и чувствую, как тело Макса напрягается подо мной.
А когда я несмело проскальзываю своим языком ему в рот, он издает нетерпеливый рык, крепко сжимает меня в своих руках, и жадно впивается мне в губы.
Сорвался…
Такой до этого самоуверенный, будто для него это обычное дело, а сейчас гладил моё тело, жадно впивался в губы, поглощал меня словно одержимый. Его язык, глубоко проник мне в рот и сливался в диком танце с моим языком. Наши дыхания были тяжёлыми, я не сдерживала стонов, выгибалась на нём, тёрлась как глодающаяся. И мне хотелось большего!
К черту все недопонимания!
К черту все обиды!
К черту сомнения и прочее!"
"Как бы там не было, мы взрослые люди и вполне можем поддаться неожиданному порыву.
В конце концов, Макс мне ничего не обещал и не обязательно ждать от него слов любви, чтобы просто получить желаемое. Пусть это будет раз, два или три, но я хотела его прямо сейчас, и была годовая к любому завершению!
Макс словно чувствует меня, моё желание и решение, отрывается от моих губ, скользит языком вниз к шее, пальцами убирает лиф платья и припадает губами к соску.
А я приподнимаюсь на коленях, чтобы ему было удобно и даю больше доступа к чувствительному бугорку.
— Ещё? — стону я, и Макс рычит, слегка прикусывая мой сосок, вырывая блаженный крик с моего горла.
А он даёт больше…
Его рука в одно мгновение оказывается у меня между ног, он отводит уже влажные трусики в сторону и проскальзывает пальцами между моими складочками. Я возбуждённая до приделов, полностью потеряла нить здравого ума, но сквозь эту пелену, расслышала настойчивый стук в дверь.
Один, второй, потом третий.
— Блядь, — рычит Макс, и его пальцы перестают меня гладить.
— Пожалуйста, не останавливайся, — прошу, и он возобновляет движения.
Такой безотказный!
Я тут вся теку, а у него вдруг дела появились! Ничего подобного! Начал, пусть завершает!
А из-за двери, слышится тихий женский голос, который что-то говорил, но я не могла расслышать слов. Настолько отдалась моменту.
