И если отец ребёнка тот ублюдок который лишил воли мою сестру и несколько месяцев измывался над ней, Милене придется очень не легко, когда она будет смотреть на своего сына.
Но, моя сестра девушка умная, и я знаю, что она не станет винить эту кроху в погрешностях своего отца. Если бы она ненавидела этого ребёнка, то нашла бы способ как прервать беременность. Даже незаконным образом.
Только вот…всё это ерунда. Я видела взгляд сестры на своего сына, и уже тогда поняла, что она безумно его любит. А чей он и от кого — это не имеет значения!
Именно эти мысли дали мне возможность посмотреть на свою беременность с другой стороны.
Даже если Макс не захочет ребёнка, или он мне не поверит, что я беременна от него — без разницы! На нём мир клином не сошёлся!!! Я могу быть независимой от поддержки мужчины, справится сама, или с сестрой, но ребёнок должен жить.
Как говорила моя бабушка: «На всё воля Божья!», и если Бог решил подарить мне малыша, значит так надо. Я не имею права от него избавляться, под всякими глупыми предлогами, поскольку просто не рассматривала такой возможности.
У меня будет ребёнок.
Он будет мой!
И я справлюсь!
Конечно, я поговорю об этом с Максимом, признаюсь что солгала, но надежда на положительную реакцию с его стороны — невелика. Покамест, у меня сложилось впечатление, что я ему нужна только для постельных утех, и если это так на самом деле, боюсь, он изрядно расстроится."
"Пока сидела, полностью поникнув в своих раздумьях, прошло ещё некоторое время, и я пропустила тот момент, когда Максим появился в гостиной.
Лишь после того как хлопнула дверь и он сделал шаг ко мне, я подняла на него свой взгляд и встретилась с ним глазами. С такими невероятно-красивыми глазами, которые рассматривали меня с непонятным интересом.
— Ты знаешь, я передумала делать аборт…, - решаю признаться сразу, но он меня обрывает.
— Выходи за меня!
А потом виснет длительная, пятисекундная тишина, во время которой между мной и Максимом, словно искры пролетают. Я смотрю на него в явном шоке, с открытым ртом, не мигая, а он…ну, будто бы его предложение соответствует норме.
— Ты знаешь, твои шутки иногда переходят все границы адекватности! — отвисаю я, опуская взгляд на ребёнка. Пытаюсь скрыть свою реакцию.
Ну, он никак не может говорить это серьёзно!
— Я не шучу, Роксана! — отвечает он, приближаясь ко мне.
— Мы знакомы всего лишь один месяц, и тот прошёл не совсем удачно! — возмущаюсь, вновь обращая на него внимание.
