Раз уж она не возьмёт себя в руки, Амир ей точно не даст, расклеятся. Это очень даже очевидно. Она любит своего сына, и сможет переступить через всё, лишь бы он был счастлив.
— Не хочешь поговорить о том… что было? — осторожно спрашиваю.
— Прости…не сейчас, — спокойно говорит она, хотя взгляд сразу меняется.
— Ты знаешь его имя? Максу это бы очень помогло. Врага нужно знать в лицо, — объясняю.
— Кто этот Макс? — вопросом на вопрос, отвечает она, поднимая на меня свой взволнованный взгляд. –
Он ведь один из них, правда?
— В смысле? — удивляюсь.
— Он такой же, как и…тот…бандит…., - обрывисто говорит она и я вижу что эта новость не слишком её радует.
— Возможно, он не идеален и в нём есть некоторые изъяны или даже…проблемы с законом и прочее, но…
— Но ты любишь его, да?! — обрывает она.
— Люблю…
— И кто он? — не угомоняется она.
— Хороший человек, — отвечаю без замедления. — И это главное что мне нужно о нём знать! — сразу добавляю, чтобы избежать её нравоучений.
— Ты уверена? — уточняет она, и я беру её за руку.
— Не все они такие, понимаешь! Тебе попался ублюдок…
— Он мне не попался! — резко говорит она. — Сам взял!
— Поговори со мной, — прошу. — Он тебя насиловал? — спрашиваю, но она отрицательно качает головой, и я не совсем понимаю — это относится к тому, что она не хочет говорить, или он все-таки её не насиловал?! — Тогда назови просто имя! Макс найдёт его и всё закончится!
— Это никогда не закончится. Твой Макс не знает, во что ввязывается, и я не могу допустить, чтобы близкий твоему сердцу человек, рисковал своей жизнью ради меня! — сопротивляется она, и я недовольно закатываю глаза к потолку.
Всегда была ужасно упрямой. — Я всё уже решила, Рокси, — вдруг добавляет она, таким голосом, который не сулил ничего хорошего."
"— Что ты решила? — уточняю, после слишком длительной паузы.
— Я продам квартиру бабушки и уеду прочь. Навсегда!
— Куда ты уедешь, с таким малышом и в таком состоянии? — сержусь.
— За границу! В другое измерение! Подальше! Лишь бы отсюда! — выпаливает она, слишком громко и Амир в кроватке начинает шевелиться.
— Это не выход, Мил, — тихо роняю. — Ты должна бороться! Попытаться забыть! Отстоять себя! Теперь ты не одна, у тебя есть сын и ради него ты должна быть сильной! Прятки не помогут решить проблему! Будет только хуже!!!
— Я не знаю как, — всхлипнув, сдается она, опустив взгляд.
— Не делай этого вновь…не покидай меня, — прошу, и она обнимает меня.
