Пока меня подтаскивают к одной стене, Максуд вынуждает Камиля отойти в другую сторону, и как только я оказываюсь прикованной, охранники отпускают меня и идут помогать своему боссу.
Смотрю на цепь, которой обвили мою ногу, вспоминаю, как вот точно так же Эдик приковывал меня, и отчаяние захлестывает с головой.
- Хорошо повеселиться, - скалится на прощание Максуд, после чего мы остаемся втроем.
- Тронешь ее, и ты покойник, - рычит Камиль, дергается, пытаясь вырвать крюк, к которому его приковали. - Слышишь?
Мужик в маске тем временем достает еще один нож.
В этот раз уже складной. Подходит и что-то очень тихо говорит Тагаеву.
Мне хочется кричать, но почему-то не получается произнести ни звука. Каждая моя попытка освободиться приводит лишь к очередной вспышке боли.
Мне страшно до одури, потому что сейчас вот-вот этот больной псих причинит вред Камилю. И тогда…
Я не успеваю додумать, что будет дальше - внезапно псих отстраняется, а затем кивает Тагаеву, и тот совершенно спокойно встает так, что тому становится удобно добраться до крепления цепи.
Всего считанные мгновения, и оковы сняты. Камиль тут же подбегает ко мне, обнимает, что-то шепчет. Но я не воспринимаю. Не верю. Все жду, что вот-вот все окажется ложью, и мы снова будем в опасности.
- Аля… Алечка… Малышка, давай, отмирай…
Слышу звон цепи, что-то еще невнятное. Кажется, Камиль растирает мои запястья, целует меня, что-то успокаивающее шепчет. А потом раздается грохот, и одна из дверей слетает с петель.
Это становится последней каплей, и сознание мое просто выключается, не выдержав происходящего…
46 Камиль
- Ты чем, блядь, думал, когда это затевал? - рявкаю на Германа, когда после всего случившегося стоим возле дома, который сейчас зачищает бригада Мороза.
- Совсем охерел - делать наживку из моей женщины?
Этому, к слову, вообще все по болту. Стоит себе спокойный, а у меня руки чешутся ему морду набить.
- Не ори, Камиль. Я тебе не враг. И нарочно подставлять бы не стал. Мы слишком поздно узнали о том, что девочку твою собираются забрать.
- Поздно?
Феликс, который стоит рядом, только выразительно фыркает.
- Да. Ты уже попал в поле зрения охраны. Предупредить тебя не было возможности. Поэтому мои люди перехватили ее сами. Поверь, с ней обращались аккуратно.
- Напугать до усрачки - это аккуратно?
- Люди твое брата были бы менее деликатны. Кстати, о том, что он твой брат, не знал даже я. Это оказалось довольно неприятной новостью, - Герман морщится.
