Уснуть получается только под утро, и к счастью, без новых кошмаров. Однако настроение с утра так себе. Поэтому не особенно выдумываю завтрак - стандартный омлет с тостами и кофе. Камиль тоже всячески делает вид, что вчера ничего не случилось, и что нам нет причины вообще контактировать. Возможно, предложи я ему просто оставлять еду, он и на это согласится, лишь бы не видеть друг друга. Удивительный человек, конечно.
И я бы, пожалуй, не стала начинать разговор, если бы не необходимость.
- А как вы закупаете продукты? - захожу издалека, когда Тагаев уже поел.
По идее, сытый мужчина - добрый мужчина.
- Тебя что-то не устраивает по качеству?
- Нет, дело не в этом, - краснею под его пристальным взглядом. Господи, как же стыдно-то. - Просто хотела уточнить - вы же ездите за продуктами город. Можно мне тоже?
- Съездить в город?
- Ну да.
- Где калитка, ты знаешь. Советую вещи тоже сразу прихватить."
"Он уже разворачивается к двери, а я понимаю, что плевать этому мужлану на мои проблемы! Все же Василий явно недооценил ужасный характер своего босса.
Черствый чурбан!
- Но так же нельзя! - возмущаюсь. - Я же не пленница!
Мужчина медленно оборачивается.
- Разве я тебя держу здесь насильно? Ты, кажется, сама упрашивала остаться, - насмешливо фыркает он.
- Да, но это не значит, что мне не может понадобиться что-то из вещей.
- Каких еще вещей? - начинает раздражаться Камиль. - Половые тряпки не того цвета, или что? Ты же работать сюда приехала, или, может, решила, что надо шмотки повызывающей носить, но сразу не захватила?
- Да вы… вы… - едва не задыхаюсь от возмущения.
- Что “вы”? - передразнивает он меня. - Правда думаешь, что твои прелести могут заинтересовать меня?
- Знаете что? А вот оскорблять меня не надо! - выпаливаю. - Я вам в любовницы не набиваюсь! Более того - даже если бы предложили, отказалась бы! Вы черствый и циничный! Это нормально, что девушке могут понадобиться прокладки раз в месяц, а в вашей этой глухомани ни одного магазина поблизости!
Замолкаю, и до меня доходит, ЧТО я только что наговорила ему, и каким тоном.
Камиль хмурится, сдвигает брови и молчит. А я краснею. Да, еще сильнее краснею, потому что в запале ляпнула про прокладки, хотя ведь придумывала специально обтекаемые фразы.
Дурочка. Ну, точно сейчас выкинет из дома, и плакала моя работа…
- Не отказалась бы, поверь, - вдруг криво ухмыляется этот упырь и уходит. Просто уходит, оставив за собой последнее слово.
Я ошалело смотрю ему вслед.
