Начинает тошнить уже с порога. Оглядываю шестиместную палату. Старушка сидит на кровати, пытаясь собрать редкие волосы в пучок. Одна из женщин под капельницами стонет и морщится, кто-то спит, отвернувшись к стене, и моя мать — бывший педагог с кучей грамот, которого рвет в больничную утку. Сжимаю переносицу, сглатываю, пытаясь преодолеть тошноту и отвращение. В такие моменты я предпочитаю называть мать просто женщиной.
Эта женщина выглядела плачевно. Бледная, с выступающим над верхней губой потом и сильным тремором. Круги под красными глазами, застиранный больничный халат и неопределённый возраст скатившейся на дно женщины.
Она замечает меня и отворачивается к окну, утирая рот ладонью. Стыдно. Дышит тяжело, хватаясь за бок, и немного сгибается.
— Тебя осматривали? — Кивает, зажимая рот рукой. — Анализы, обследование? — Вновь кивает. — Что сказали? — Отрицательно качает головой.
Ну конечно, кому нужна алкоголичка? Разворачиваюсь, выхожу из палаты. Узнаю у медсестры имя лечащего врача и иду в ординаторскую.
Врач — немолодая грузная женщина с прической а-ля шестидесятые — разъясняет мне, что происходит с моей матерью.
— Поджелудочная воспалена, обострение на фоне похмельного синдрома. Печень немного увеличена, гастрит, — сухо сообщает она, перебирая бумажки. — Анализы не очень хорошие. Женщина немолодая и алкоголь все усугубляет. Мы, конечно, подлечим, но все уже на грани, организм не выдерживает. Вы бы позаботились о матери, иначе все закончится плачевно, — цокает она.
— Почему ее рвет без остановки?
— Так я вам объяснила почему! Панкреатит, обострение!
— Почему никто ничего не делает?
— Сейчас напишу назначение, будем делать, — отмахивается женщина.
— Вы бы привезли ее документы, одежду.
— Я привезу. Мне нужна платная палата, соответствующий уход и должное лечение.
— У нас нет платных палат, и лечат всех одинаково, без привилегий.
— Одинаково хреново? — ухмыляюсь.
— Что?!
— Ничего! — огрызаюсь. — Как найти завотделением?
— Таблички на дверях читайте! — недовольно кидает женщина.
Заведующим отделением оказывается низкорослый юркий мужичок. За определенную плату он находит приличную палату и новый халат и организовывает должный уход и лечение, обещая вести больную сам. Все просто — медицина у нас бесплатная, качество — платное. Пока рассчитывался, узнавал состояние матери — ее уже начали переводить. Вышел в коридор и наткнулся на Аниту."
"Стоит, мнется, бегая глазами по коридору. Как только меня нашла?! Видит меня и вздыхает с облегчением.
