— И для чего же мне это понадобится? — спрашиваю, смотря в его наглые, но такие красивые глаза.
— Для прогулок по лесу, — отвечает он, наклоняется, хватает за шарф и тянет к себе, чтобы впиться в губы. И все, я готова идти с ним куда угодно, хоть на край света. Целует жадно, поглощая дыхание, заставляя дышать им, окутывая меня самым любимым запахом. — За городом есть небольшой, но очень уютный домик с камином с прекрасным видом на зимнее озеро, — шепчет между поцелуями, срывая с меня шапку, грубо зарываясь в мои волосы.
— Мы будем совершенно одни. Я буду любить тебя двадцать четыре часа несколько дней, — обещает он, и я плыву, нежась и пьянея от его рук, губ и близости.
— Я не могу, — неуверенно отвечаю и уже сама обнимаю его за шею, целую в ответ, лаская чувственные губы кончиком языка. Рывок — и я уже сижу на собственном столе, а Гор устраивается между моих ног, задирая платье, закидывая мои ноги себе на бедра. — Мой брат, он… — теряю мысль, потому что его наглые ладони начинают блуждать по моему телу.
Прогибаюсь, подставляя шею для жадных голодных поцелуев, чтобы он оставил на мне свои очередные метки.
— Ах, — всхлипываю, когда он сжимает бедра, впечатывая в себя. Мы настолько близки, что я слышу, как громко барабанит его сердце. — Меня охраняют.
— Я знаю, зайка, доверься мне. Я украду тебя, моя принцесса. Прямо сейчас! — еще один страстный, немного болезненный поцелуй, такой отчаянный, словно от моего согласия зависит его жизнь.
ГЛАВА 18
Егор"
"Принцесса одевается и с волнением посматривает на меня.
Боится моя девочка. И я боюсь. Ужасно боюсь ее потерять после того, что сейчас сделаю. Мне никто не позволил действовать самостоятельно. Север называет это помощью, я — контролем. Посматриваю на часы и понимаю, что время пришло. Через пять минут Диана въедет в машину охранника Аниты и будет изображать из себя тупую овцу, отвлекая его. За это время мы должны выйти из черного входа во двор, сесть в мою машину и уехать как можно дальше.
Пока принцесса надевает сапоги, я незаметно вынимаю из ее сумочки телефон и закидываю его за кресло возле стены. Прости меня, моя хорошая, так надо. Кажется, внутри образовывается огромная черная дыра и меня засасывает в неизбежность.
— Егор, может… — кусает губы, смотря на меня растерянным взглядом.
— Не может, сладкая, поехали.
Хватаю ее за руку и тащу к черному входу в надежде, что никто не заметит. Чем дольше охрана не обнаружит ее пропажи, тем лучше.
