Неумелые руки, а потом пух исчез, и она увидела белый потолок. «И никакого вентилятора», – мелькнуло в мозгу, затем она услышала скрип пружин и ощутила мягкость постели. Лицо Хэйра, вопрошающее и обеспокоенное, низко склонилось над нею. Глаза Ласло с темными кругами под ними всматривались в нее с каким-то странным непониманием, и это испугало ее.
– С вами все в порядке? – спросил Хэйр.
Сэм слабо кивнула.
– Она явно замерзла, Ласло. Давайте-ка прикроем ее.
Сэм проследила взглядом, как он повернулся и побрел по комнате.
Ласло по-прежнему таращился на нее. «Почему? – казалось, говорил он. – Почему?»
Хэйр наклонился, собирая простыни с пола. О господи. Ну и бардак.
Комната выглядела как после разгрома. Повсюду битое стекло, одежда, мебель поломана. Окно разбито вдребезги, а карниз для занавесок оторван от стены и болтается. Под раковиной тонкий след какого-то белого порошка. У стены криво лежит стул, одна из его ножек согнута как у старика, который упал и не может подняться. Тумбочка, стоявшая у кровати, теперь оказалась на гардеробе.
Нет. Это невозможно.
Хэйр возвращался назад с постельным бельем. Он вытянул из кучи одну простыню и осторожно обернул ее вокруг Сэм.
Словно флаг вокруг тела убитого солдата.
«Я мертва. Я мертва. Вот почему он смотрит на меня так».
– Возьмите другой конец, Ласло. Подоткните его.
– Со мной все в порядке? – спросила она.
Хэйр внимательно изучал ее. Она почувствовала, что постель слегка оседает, сначала на одну, потом на другую сторону. Хэйр наклонился снова, и она ощутила на себе тяжесть одеяла.
И тепло.
– Теперь я хочу проснуться, – сказала она и заметила, как быстро и нервно переглянулись Хэйр и Ласло.
Хэйр слабо улыбнулся:
– Вы сейчас не спите, Сэм. У вас был какой-то дурной… – Он замолчал и развел руками в воздухе.
– Прозрачный, – сказала она. – У меня был прозрачный сон.
– Ох, – сказал Хэйр. – Ну да… я…
– Зубная паста. Он выдавил мою зубную пасту. Она там?
– Ваша зубная паста?
– Ну, на умывальнике.
Он посмотрел на умывальник, затем вниз, на коврик под ним.
Белой зубной пастой там было выведено только одно слово крупным, отчетливым почерком:
«АРОЛЕЙД».
Хэйр опустился на колени, коснулся зубной пасты пальцем, подобрал что-то с пола и показал им. Тюбик зубной пасты, пустой, ловко скатанный.
– Он был здесь, – произнесла Сэм, уставившись широко открытыми глазами на надпись, сделанную зубной пастой. – Он это сделал.
– Кто, Сэм?
– Слайдер.
Хэйр снова внимательно осмотрелся вокруг.
