Мы ловим всего лишь узкую полосу, небольшую их часть. Наш мозг либо не способен принимать остальные, либо он как бы отфильтровывает их, сохраняя только те, которые нам необходимы. Возможно, что-то нарушилось в вашей фильтрационной системе, и в своем сне вы улавливаете обрывки мыслей других людей.
– А они будут зафиксированы на ваших графиках?
– Надеюсь, что да. Мы надеемся, что сможем отыскать некоторое общее отклонение от нормы в людях, у которых бывают предвидения.
– А как насчет моих, ну… прошлой ночью?
– К сожалению, мы не записывали ваш сон достаточно долго, чтобы дать ему истолкование.
Единственным событием были вы сами… когда вы заснули, вы, кажется, вошли в стадию сна с быстрым движением глаз мгновенно, но такое часто происходит в незнакомой обстановке.
– А как же эта телепатическая теория объясняет мой сон о балконе?
– Сны могут быть очень непонятными. Сны-предвидения и сны с предварительным знанием смешиваются с процессами сна и прячутся в символах. Самое трудное – разложить их на части.
Их истинное значение часто замаскировано и нуждается в истолковании. Я уверен, что на самом деле куда больше людей имеют предвидения, но они не осознают этого, потому что не анализируют свои сновидения.
– А какие символы вы усматриваете в том балконе и в строительных лесах?
– Ну, падение… на какую-то женщину… часто связано с падением… э-э-э… с уступкой сексуальным притязаниям… – Он беспокойно пошевелил руками. – Э-э-э… с половым актом.
«Добрый старина Зигмунд[20]. Я знала, что и вы не сможете обойтись без него».
Сэм почувствовала, что ее лицо становится пунцовым.
Тот сон не имел никакого отношения к строительным лесам. Или имел?
По его лукавому взгляду и выражению лица она поняла: он сообразил, что затронул чувствительный нерв.
– Символизм… – продолжил он уже несколько живее. – Далеко не всегда можно, видите ли, истолковывать сны с его помощью.
– А в чем заключаются остальные теории?
– В сверхъестественном, разумеется.
Он насквозь проткнул свою пиццу вилкой, словно пытаясь выпустить из нее весь пар.
– А вы верите в сверхъестественное?
– Ох. – Он перевернул вилку в своей руке. – Я ведь ученый. Официально нам не разрешается верить в сверхъестественное.
– А неофициально?
– Это вопрос терминологии.
– А вы верите в привидения?
Он поскреб свою бороду, потом щеку, немного опустил голову и наконец произнес:
– У меня нет каких-либо… свидетельств… связи между привидениями и предварительными знаниями.
