Потом щелкнул своей обшарпанной зажигалкой «Зиппо», глубоко затянулся, после чего провел рукой по волосам."
"– Уж эти производственные встречи, – мрачно сказал он.
Сэм улыбнулась:
– Я знаю, что ты их не любишь.
– Этот сочинитель текстов к плакатам… Джейк, как там его… от него у меня мурашки по телу ползут.
– Да он ничего, – сказала Сэм.
– А у тебя-то от него разве мурашки не ползут?
– Нет.
– Но ведь отчего-то они у тебя ползут.
Он лукаво посмотрел на нее. Она почувствовала, что краснеет, и отвернулась.
– Возможно, я немножко устала. Рано проснулась.
– А что ты делаешь в эти выходные?
– У Ники в воскресенье день рождения, будут гости.
– Шесть лет?
Она кивнула.
– А народу много будет?
– Девятнадцать человек. Посмотрим фильмы Чаплина и еще «Панч и Джуди».
– Придут все его высокопоставленные маленькие приятели? – Он откинул назад голову и, глядя на кончик своего носа, заговорил, утрируя аристократическое произношение: – Руперт… Джулиан… Генриетта.
Доминик, Хэмиш, Иниго и Шарлотта, да?
– И даже сама достопочтенная Сара Гамильтон-Дили.
– Ах, как же, как же! Достопочтенная Сара Гамильтон-Дили. Судя по всему, будет потрясающая забава. – Он перестал изображать аристократа и потер свой подбородок. – Надеюсь, ты вспомнишь обо мне в каком-нибудь продуктовом магазинчике, когда будешь опустошать его ради толпы своих гостей.
Сэм улыбнулась, заметив печальное лицо Кена, в очередной раз задумалась, нравится ли ему его независимость, или же он хотел бы снова жениться и завести детей.
Она отдавала себе отчет в том, как мало знает о Кене Шепперде, его частной жизни. Здесь, в этом окружении, неотъемлемой частью которого он был, Кен чувствовал себя уютно, и все же казалось, что одновременно он желал бы находиться где-нибудь в ином месте, заниматься совсем другим, не имеющим ничего общего с этой дерьмовой помпезностью, – словом, как любой мужчина, находящийся в плену своих ошибок и своих успехов.
– Я принесу тебе фруктового желе, – сказала она.
– С желатиновым ребеночком в нем?
– Ну разумеется.
Он посмотрел на потолок и стены:
– Ну что за отвратная комната. А ты знаешь, какие у них доходы за прошлый год?
– Восемьдесят два миллиона.
– И они не могут даже завести приличную приемную.
Сэм внимательно огляделась вокруг: посмотрела стол, заваленный журналами и газетами. «Кампэйн». «Маркетинг». «Медиа уик». «Таймс». «Индепендент».
