В плену у колдуна Тьмы

Вскоре я уже была у входа в частично разрушенный древний Храм. Его стены неплохо уцелели от времени, и были сделанны из огромных серых каменных блоков довольно причудливой формы. Постройка была украшена небольшими башенками и ажурным обрамлением, а главный вход сооружения имел форму величественной арки. На стенах я заметила множество непонятных символов, в виде текста, а на втором уровне по периметру красовались странные белые статуи.

«Один из немногих храмов, возведенных в честь БоговСтарого Мира, сохранившихся по сей день», — подумала я и поправила вечно сползающий шарф в цвет своего пальто.

К моему удивлению, основание сооружения сильно поросло сорняками и дикой травой. А еще я заметила, что вокруг ни души:

«Неужели я буду здесь совсем одна?»

Немного поколебавшись, я все-таки решила зайти внутрь.

Открыв тяжелую скрипучую дверь, я оказалась в полутемном помещении. Только где-то в глубине храма мерцали свечи. Я осторожно направилась вглубь постройки, и через минуту передо мной открылся центральный зал с отделкой кроваво-алых тонов, где столпилось около двадцати оккультистов.

Люди были одеты в одинаковые фиолетовые плащи с капюшонами и золотистыми вставками. Они все разом нависли над огромным возвышающимся каменным кольцом, напоминающим по форме колодец. Присутствующие в один голос произносили «Уроборос», что обозначает цикличность жизни и смерти.

— А вы тоже пришли на празднество? — внезапно раздался мужской голос рядом.

Я обернулась и увидела высокого молодого мужчину с длинными медными волосами:

«Впервые вижу настолько красивого рыжеволосого парня!» — невзначай подумала я.

На вид ему было не больше тридцати. На светло-серый свитер у него было накинуто расстегнутое элегантное пальто цвета мокрого асфальта, брюки в тон верха, черные блестящие ботинки и кожаные перчатки.

— О каком праздненстве идет речь? — удивилась я.

— День Первостихий, — сказал незнакомец. — Неужели вы не знаете о нём?

— Впервые слышу, — япристально посмотрела в лицо незнакомцу и невольно восхитилась его выразительными изумрудными глазами с легким прищуром.

«Какая у него необычная фарфоровая кожа!»

— Меня зовут Вильгельм, — вдруг сказал он. — По-крайней мере, здесь вы можете называть меня так.

Я не совсем поняла, что он имел ввиду под последней фразой, однако из вежливости тоже представилась в ответ.

Оккультисты начали петь что-то на языке, который я слышала впервые, но эти звуки настолько заворожили меня, что я не могла оторваться.