Никогда Дымов не переживал по поводу работы. «Дымов» и «переживал» вообще понятия несовместимые. Но сегодня эмоции почему-то взяли верх. Стас поднялся с постели, привычным движением нажал на кнопку чайника и отправился в душ.
Струи холодной воды стекали по телу, окончательно пробуждая ото сна. Голова была тяжелая, в глазах будто песок. Потерев руками лицо, Дымов закрыл кран и вышел из душевой кабины, обернув бедра полотенцем.
Заварил привычный черный кофе и, включив ноутбук, сел зал за стол. В который раз просматривал файлы, добытые Тимуром, и злился на самого себя.
То ли он не может найти никаких зацепок, то ли их на самом деле нет. Звук оповещения заставил Стаса проверить почту. Взглянув на адрес отправителя, он вспомнил, как еще неделю назад просил хорошего знакомого найти хоть какую-нибудь информацию на нового начальника. Открыв сообщение, Дымов пролистал полученные документы и злобно оскалился. И здесь так же глухо. Ни-че-го ровным счетом. Безупречная репутация, отличный послужной список, куча благодарностей и наград.
А, впрочем, глупо было бы ожидать чего-то другого.
Допив уже остывший кофе, Стас с силой нажал на крышку ноутбука и, поставив чашку в раковину, прошел в спальню. Наспех натянул джинсы и футболку и, мысленно прикинув свой маршрут, вышел из квартиры.
Дорога до управления заняла гораздо больше времени, чем он предполагал. Как назло, автомобильный поток практически не двигался, а в тех местах, где не было пробок, Дымов собрал все светофоры.
Его ужасно раздражало, что все выходило из-под контроля и годами отлаженный механизм жизни рушился на глазах.
Преодолев приличное расстояние от дома до нового места работы, он посмотрел на часы и, поняв, что приехал впритык к назначенному времени, негромко выругался. Оставил машину на парковке, вошел в здание управления и, уточнив у дежурного, как попасть к начальнику, поднялся на второй этаж. Остановившись возле таблички «Коломеец В.В.», Стас шумно выдохнул и, мысленно чертыхнувшись, все же постучал в дверь.
— Здравия желаю, товарищ генерал-майор, — отрапортовал он, оказавшись в кабинете начальника — коротко стриженный седовласый мужчина лет шестидесяти, карие миндалевидные глаза и закругленный широкий нос не придавали образу особой строгости. Идеально выглаженный китель говорил о том, что его хозяин следит за своим внешним видом.
— Присаживайтесь, Станислав Михайлович, — Коломеец кивнул на стул и положил руки перед собой.
