Конечности моментально похолодели, а лицо стало ужасно бледным. Она старалась не дышать и даже представить боялась, что с ней случится, если его грязный член окажется у нее во рту. Мерзко. Противно. До жути омерзительно. Нет, ни за что на свете Ира не сделает этого. Еще секунду назад ей казалось, что терять нечего и нет смысла бороться, она была готова к тому, что ее телом снова воспользуются для утоления своих потребностей, но сейчас вдруг осознала, что не сможет переступить через себя и не позволит Гриневу осуществить задуманное.
— Ну же, давай, шлюха, Громову отсосала и мне отсосешь, — самодовольно произнес Андрей и уже намеревался зажать ей нос, чтобы проникнуть в ее рот силой. Но Ира, находясь буквально в паре сантиметров от его плоти, резко уперлась ладонями в бедра и, приложив все свои усилия, предприняла еще одну попытку отстраниться, завертев головой в разные стороны и морщась от неприятного запаха. Ощутив, как головка члена коснулась ее подбородка, она уже не могла себя сдерживать.
Гадкое острое чувство пронзило Ирину насквозь, и она нервно передернула плечами.
Желудок нещадно сводило, и горькая противная жидкость быстро поднималась по пищеводу. Романова была не в силах остановить естественную реакцию организма — и рвотная масса вмиг выплеснулась наружу, окатив джинсы Гринева. Он тут же выпустил ее волосы и резко отпрянул, окинув презрительным взглядом Ирину.
— Ты че, сука, брезгуешь? — зло спросил он и, залепив ей звонкую пощечину, застегнул ширинку.
Ирина упала на руки и почувствовала, как горячая кровь тонкой струйкой льется из ее носа. Кожа на щеке горела огнем, приложив пальцы к лицу, она пыталась хоть как-то остановить кровотечение. Решив, что лучше сдохнуть, чем подчиниться этому ублюдку, Романова собрала последние силы и, гордо вскинув голову, посмотрела на Андрея.
— Господи, какое же ты ничтожество, — тихо сказала она и заметила, как гневно сверкнули его глаза. — Урод, самоутверждающийся за счет более слабых.
Как такого выродка земля только носит…
— Заткнись, — предупредил Гринев.
— А то что? — усмехнулась Ира, намеренно провоцируя его. Ей казалось, что теперь терять точно нечего.
— Пиздец тебе, сука, — пообещал Андрей и, вытащив ремень из джинсов, намотал его на свою руку.
Ира внутренне сжалась, знакомое чувство страха опутало, как паутина. Тяжело дыша, она наблюдала за действиями Гринева, замерев в тревожном ожидании.
