Этот смартфон был единственной ниточкой, связывающей ее с другой жизнью, и Ирина просто не могла не попытаться достучаться до своего прошлого. — Пожалуйста…
Гитлер усмехнулся и на пару секунд задумался. Делать такие поблажки было не в его правилах: слишком рискованно, слишком серьезные проблемы могут возникнуть. Но Романова сильно отличалась от общей массы, на нее Бушин имел особые планы, поэтому решил не отказывать.
— Ну хорошо, пишите, я прочитаю и отправлю, — любезно позволил он и убрал руки за спину.
Дрожа от волнения, Ира кое-как набрала сообщение и передала смартфон управляющему. Он пробежался по тексту глазами и, не найдя ничего запрещенного, нажал на «отправить». Получив отчет о доставке, показал его Ирине и убрал мобильный телефон обратно в карман.
— Я выполнил вашу просьбу? — поинтересовался Адольф Михайлович, хитро прищурив глаза, упиваясь игрой, которую затеял. Он хотел застать Романову врасплох, и у него это получилось.
— Да, спасибо вам огромное.
Вы даже не представляете, как это важно для меня, — быстро говорила Ира, чувствуя подвох в его поведении. Она предполагала, что за такую услугу придется заплатить, но не думала, что так скоро.
— Я могу попросить об ответной? — продолжил Гитлер, нарочито растягивая слова. Он отлично умел манипулировать людьми, знал, как добиться желаемого, и не брезговал ничем, чтобы достичь своей цели: мог пойти по головам, совершенно не заботясь ни о людях, ни об их чувствах.
— Конечно, — растерявшись, ответила Ирина. Капкан захлопнулся — Бушин ловко заманил ее в свои сети. Внутри все затрепетало от страха, но Романова не позволила панике пробиться сквозь стену холодной решимости.
Заметив перемену в ее настроении, управляющий насторожился.
— Не переживайте, вы совершенно спокойно можете мне отказать, я не обижусь, у нас ведь все по-честному, — напомнил он, продолжая ухмыляться. Гитлер был уверен в том, что Ира выполнит его просьбу.
Блестяще разыграв эту партию, он просто загнал ее в угол, оставшись при этом героем.
— Хорошо.
— Я хочу вас поцеловать, — заявил Адольф Михайлович, глядя на Ирину. От его взгляда не укрылось, как она встрепенулась и нервно заправила за ухо прядь.
— Поцеловать? — переспросила Романова, нарочно оттягивая неизбежность принятия решения.
— Именно так, если вы, конечно, не против…
Бушину нравилось то напряжение, которое повисло между ними.
