— Ну зачем ты нарываешься? — устало спросил он, прислонившись к стене и скрестил руки на груди. — Себе же хуже делаешь."
"В глубине души Громов был рад тому, что секса у Иры с Андреем не вышло, но прекрасно осознавал, какие проблемы возникнут из-за ее поведения. Гринев не из тех, кто прощает подобное, теперь он непременно будет пытаться отомстить. Тимур же не сможет всегда находиться поблизости, да и оснований для этого нет. Как бы там ни было, ее поручили Андрею. Где-то на подсознательном уровне Громову хотелось считать Ирину своей женщиной и убить каждого, кто посмеет даже дотронуться до нее, но с сожалением понимал, что она не будет принадлежать только ему.
Поэтому правильнее всего не ввязываться в открытый конфликт, подвергая срыву всю многомесячную операцию, а остаться сторонним наблюдателем.
— А что я должна делать? Послушно раздвигать ноги перед каждым мерзким типом, который захочет меня… э-э-э… — Ира подбирала менее вульгарное слово.
— Трахнуть? — ухмыльнувшись, подсказал Тимур. Его забавляла ее наивность.
Ирина возмутилась. Она не привыкла вести беседы на такие темы, да и вообще хотелось поскорее остаться одной, чтобы отмыться от всей этой грязи.
— Ты правда считаешь, что это зависит от тебя?
— Конечно! Согласно статье 131 УК РФ…
— А я тоже мерзкий? — перебил ее Громов и подошел ближе, внимательно вглядываясь в ее лицо.
Она растерялась. Ее смущала близость этого мужчины. Рядом с ним она чувствовала себя не в своей тарелке.
— Да, но чуть меньше, чем все остальные, — призналась нехотя.
— Значит, передо мной ты ноги раздвинешь? — Тимур продолжил логическую цепочку.
Он открыто дразнил Иру. Ему доставляло удовольствие наблюдать за ней — тяжелое дыхание, румянец на щеках и воинственный взгляд. Она была прекрасна в своем гневе. Несколько беззвучных секунд длилась дуэль глазами, затем звонкая пощечина обожгла мужскую щеку. Тим не ожидал такого поворота событий, поэтому вспыхнул моментально.
— Дура! — крикнул он и притянул ее к себе. — Я могу тебя трахнуть прямо здесь и сейчас, если только захочу, — прошипел он практически в самые губы.
— Не посмеешь, — не уступая, прошипела она в ответ. Увидев хищный блеск в его глазах, Ирина поняла, что своими словами выпустила зверя из клетки, но сожалеть о сказанном было поздно.
Пару мгновений потребовалось Тимуру, чтобы зафиксировать ее руки за спиной и заставить, прогнувшись в спине, облокотиться на столешницу рядом с раковиной. Его тело отреагировало сразу, желание жидким огнем хлынуло по венам.
